Книга (Не)любимая жена дракона, или Целительница Золотой Долины, страница 61 – Илана Васина

Лук шинкую полукольцами, глаза привычно щиплет, но я не обращаю внимания. Как только лук готов, добавляю его к картошке. Мясистый, ярко-красный перец нарезаю длинными полосками. Помидоры рублю крупными кубиками, сок тут же выступает на пальцах.

Измельчаю ветчину, чтобы равномерно распределить её по фриттате — её копчёный запах мгновенно смешивается с ароматами овощей. Яркие краски наполняют сковороду: золотисто-коричневый, алый, красный. Всё быстро перемешиваю, стараясь, чтобы овощи обжарились, но не размякли.

В отдельной деревянной миске быстро разбиваю яйца — десять штук. Взбиваю вилкой, добавляю крупную щепотку соли, немного сушёного базилика и тертого сыра. Получившуюся массу выливаю на овощи, слегка встряхиваю сковороду, чтобы яйца равномерно растеклись.

Сыр начинает плавиться, образуя аппетитную корочку. Убираю сковороду на менее горячую часть очага, чтобы фриттата медленно пропеклась. Накрываю её широкой керамической крышкой.

Пока фриттата доходит, кладу толстые ломти хлеба на решётку над огнём. Через пару минут переворачиваю их щипцами, наслаждаясь запахом подрумянившейся корки. Когда хлеб подсушился, натираю его долькой чеснока для аромата.

Снимаю крышку сковороды. Фриттата готова — пышная, с золотистой корочкой, пропитанная ароматами овощей и сыра. С помощью деревянной лопатки выкладываю ее на большое блюдо. Бросаю взгляд на часы — успеваю!

Приёмная зала встречает нас солнечным светом, который струится через высокие окна. На длинном дубовом столе, накрытом чистой скатертью, к счастью, уже расставлены серебряные приборы, хрустальные бокалы и тот же самый фарфоровый сервиз с золотой каймой, что был вчера за ужином. Посереди стола стоит небольшой букет свежих полевых цветов, придавая обстановке утончённость.

Мы с Мартой и её мужем Томасом осторожно вносим блюда. Фриттата, выложенная на большом подносе, с аппетитной золотистой корочкой и яркими кусочками овощей, занимает центральное место. Рядом — ломти подрумяненного хлеба, натёртого чесноком, и чайник с ароматным травяным настоем

Король сидит во главе стола. При виде нас его лицо озаряется широкой улыбкой. Остальные мужчины оборачиваются в нашу сторону, приветствуя одобрительными взглядами.

— Госпожа Верония, доброе утро, — приветливо произносит король. — Присаживайтесь. Завтрак в вашей компании обещает быть вдвойне приятным.

Я благодарю с легким поклоном, краем глаза замечая, что муж резко мрачнеет. Похоже, внимание, что оказывает мне король, обещает слегка обломать ему планы.

Его Величество кивает остальным за столом, включая Арвина и двух гостей, и произносит: — Что же, господа. Давайте приступим.

Томас раскладывают порции по тарелкам, и и я невольно задержаиваю дыхание, когда король берет свою вилку. Он отрезает кусочек фриттаты, пробует и замирает, словно смакуя. Затем, с довольной улыбкой, берет ещё один кусок и проглатывает, прежде чем заговорить.

— Великолепно! — восклицает он после пятого кусочка, откинувшись на спинку стула. — Неужели это дело рук местных поваров?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я хотела было ответить, но король уже поворачивается к своему слуге. — Выясни, кто готовил, и попроси рецепт. Такое блюдо должно стать частью нашего дворцового меню.