Книга (Не)любимая жена дракона, или Целительница Золотой Долины, страница 58 – Илана Васина

— Мне правда жаль. Но... причем тут я?

— Я долго думал, как отомстить брату. В каждом противнике на поле боя я видел его лицо, только этого было мало. Когда у меня появилась возможность, я установил за ним слежку. Поймать его на ошибке и показать миру, королю, двору его подноготную — таков был мой изначальный план. Но этот мерзавец, будто чувствовал, что за ним следят. Он долгие годы изображает из себя праведника. Его не может подловить даже мастер слежки.

— Может, он сожалеет о том, что сделал, — мягко спрашиваю, — и для него это не притворство?

— Такие, как Рейв, не меняются. Он стал достаточно хитер, чтобы его не поймали. Когда я это понял, то решил найти другой способ его уничтожить. У меня были разные идеи, но наш король каким-то образом узнал об истории нашей вражды. В своём великом "мудром" величии он взял с нас клятву, что мы не причиним друг другу вреда, будучи ключевыми фигурами королевства. Смешно, не правда ли? Его, — он произносит это слово с явным презрением, — мне трогать нельзя. Теперь я не могу даже сломать ему палец, не говоря уже о том, чтобы свернуть его надменную шею. — Арвин коротко смеётся, но в этом смехе больше горечи, чем веселья. — Зато никто не говорил, что я не могу тронуть тех, кто ему дорог.

— А я здесь при чём? — бросаю, чувствуя, как во мне нарастает возмущение.

Сколько можно ходить вокруг да около?!

— Я ему не дорога! Вы сами сказали — мы раньше даже не встречались!

— Вот именно, — бросает Арвин. — Ты ему не дорога, пока он не знает, кто ты. Но скоро узнает.

На губах Арвина расползается кривая усмешка.

— Казалось, до этого лиса больше не добраться, но тут мне подвернулась удача. Я захватил искусного мага. В обмен на… некоторые услуги он пообещал привести в этот мир женскую душу, неимоверно дорогую для Рейва. И он это сделал, — дракон переводит взгляд на меня. — Ты теперь моя жена, Верония. А это значит, что каждый твой крик, каждая твоя слеза — это плевок в лицо моего врага. Потому что он будет знать, что это я, я забрал тебя из твоей жизни, из твоего мира. И теперь ты в моей власти. Понимаешь? Ты — инструмент. Мое оружие против него.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я инструмент возмездия? Вот те на! От возмущения у меня сперло дыхание. А меня не забыли спросить, хочу ли я быть эм... инструментом?!

— И что в итоге? — бормочу. — Вы хотите, чтобы я страдала на глазах у свидетелей? Таков ваш план? Имейте в виду. Я больше не собираюсь терпеть вашу жестокость!

— Ты еще не видела мою жестокость, — усмехается он.

— Может еще скажете, что были ко мне добры?

На это мое предположение дракон даже не отвечает — так абсурдно оно звучит, а вот я продолжаю.

— Вы слишком долго воевали, генерал, раз у вас стерлись все грани добра и зла. Так вот напоминаю. То, что вы называете военной хитростью на поле боя, в личной жизни называется подлостью и обманом.

Он снова отвечает молчанием. И все же чувствую, как напрягаются его мышцы после моих слов. Наверно, переваривает мой резкий ответ. Вот и пусть!

Даже если муж прав, и между мной и Рейвардом действительно есть некая мистическая связь из прошлой жизни, то отыгрываться на слабой девочке за грехи чужого дядьки — это ну… такое себе.

Несмотря на его расшатанное состояние, — Арвин немало выпил за ужином и, к тому же, отдал мне кучу своей магии, — мне кажется, до него начинает доходить, как чудовищно и нелепо его план мести смотрится со стороны.