Книга Августина лучше всех, страница 64 – Юлия Васильева

Я всегда считала дядю по-мальчишески легкомысленным, нечувствительным к чужим переживаниям, но выходит, что он был одним из тех немногих, кто видел и понимал мое истинное состояние все это время. Иначе бы не отпустил так легко в долгое путешествие на материк.

Сейчас мне грустно от того, какие скупые и короткие письма я ему отсылала, пусть он вряд ли когда-либо напишет мне больше двух-трех строчек в ответ.

Вот и все, Нора.

Помни, пожалуйста, что, что бы ни случилось, я всегда буду дорожить нашей дружбой и желать тебе счастья.

Августина

Уважаемый дневник, если через пару дней, узнав, в чьи руки угодил, ты потеряешься, я пойму, не буду думать о тебе дурно и сразу заведу тетрадь. Тетради не так разборчивы и обычно сносят все, от первых школьных каракулей до неудачных стихов.

А пока слушай внимательно и не перебивай. Меня зовут Августина Кермез, мне двадцать лет, но я уже успела серьезно напортачить в своей жизни. И всё бы ничего, но дело в том, что и в жизни окружающих тоже…

Другая заперлась бы в своей комнате и посыпала голову пеплом, но, как сказала утром крестная, это путь для слабых. Сначала надо попытаться все исправить, а уж если ничего не выйдет, и комната, и пепел всегда в моем распоряжении.

Признаюсь, после бессонной ночи за письмами я пала духом. И, отправив важную для меня посылку, на самом деле собиралась провести остаток дня в постели, сказавшись больной. Но гесса Версавия имела на меня совсем иные планы.

Раздался стук в дверь, и крестная вошла в комнату, не дожидаясь разрешения. Увидев меня, с головой зарывшуюся в подушки и одеяла, она уперла руки в боки:

— Августина Аврора Кермез, если ты сейчас же не встанешь с постели, я позову твою чудесную Гусму и мы поднимем тебя вместе!

— Вряд ли кто-нибудь захочет меня видеть, – резонно возразила я и поглядела на нее в щель между кроватью и одеялом. – Оставьте, я сяду на ближайший корабль до Иланки.

— Большей чуши я еще не слышала! Девочка, ты думаешь, что никто не совершает в своей жизни ошибок?

— И вы совершаете?

— Ну, может быть, поменьше, чем остальные, – слегка потеряла уверенность крестная.

— И какая же самая большая? – Ради этого вопроса я высунула голову из-под одеяла и посмотрела гессе Версавии прямо в глаза, так что ей стало понятно: назвать придется нечто действительно ужасное, иначе дальнейший разговор не имеет смысла.

Крестная устало вздохнула и присела на край кровати.

— Разорванная помолвка с твоим дядей.

Я вытащила руки из-под одеяла и, подтянувшись, села.

— А что тогда случилось?

— Он уехал на Иланку проверять плантации, и после его возвращения мы собирались пожениться… Я была молода и слишком много слушала старших, а Зенон по характеру почти не отличался от моего Терри… «Зачем тебе второй сын? Зачем тебе муж на несколько лет младше? Вода и огонь никогда не уживутся вместе», – говорили мне. Хах, дай волю этим кумушкам, они начнут определять совместимость пары по звездам! Я, дурочка, дрогнула и послушала. – Гесса Версавия печально развела руками. – После моего письма твой дядя так больше никогда и не возвращался в Эрландию. Все, что я хочу сказать, – это то, что есть ошибки, которые еще можно исправить, и твои относятся именно к таким.

Мне представлялось, что вчерашний день выжал из меня все эмоции, но это оказалось не так.