Онлайн книга «Невеста с уликами. Дело о краже реликвии Дракона»
|
Но Бриана… Ее упрямство – это вызов, который заставляет кровь бежать быстрее. Ее хрупкость – тайная слабость, которую я хочу сокрушить и защитить одновременно. Я хочу прижать ее к каменной стене, заставить замолчать ее дерзкий рот своим, ощутить, как это тонкое, упругое тело изгибается в моих руках не в борьбе, а в сдаче. И тут же – осечь эту мысль, как недостойную слабость. Она не для простого утоления плоти. Она – буря. И я не знаю, хочу ли я ее укротить или самому сгореть в ее огне. Этот внутренний раздор, эта борьба между долгом, яростью и внезапно вспыхнувшим влечением, что пожирает изнутри вернее любого врага, и раскачивает тот самый маятник. И вдруг – удар. Не физический. Глухой, мощный толчок, исходящий из самых основ Цитадели. Он проходит сквозь камень пола, впивается в подошвы сапог, отзывается эхом в костях. Воздух в кабинете сгущается, становится тяжелым, густым, как расплавленный металл. Пламя в камине не взрывается, а на мгновение замирает, вытягивается в струну ослепительно-белого света, застывшую между жизнью и смертью. Это не ее сила. Ее дар – это ветер, шепот, лезвие. Это – нечто иное. Древнее. Родовое. Инстинкт, старый как сами эти камни, зовет меня вниз. Я выхожу из кабинета, и стража у дверей замирает, увидев мое лицо. Я прохожу мимо, не удостаивая их взглядом. Мои шаги гулко отдаются в пустых коридорах, но их ритм заглушает иной гул – нарастающий, идущий из-под земли. Я не использую парадные лестницы. Мои ноги сами несут меня по узким, крутым переходам, известным лишь мне и Валерьяну. Глубже. В самое сердце горы, на которой стоит Цитадель. Воздух становится сухим и горячим, пахнет раскаленным камнем и пеплом веков. Святилище Предков. Массивная дверь из черного базальта, испещренная рунами, которые светятся изнутри тусклым багровым светом. Она бесшумно отъезжает при моем прикосновении. Я переступаю порог. Воздух здесь гудит. Давит на барабанные перепонки, на сознание. В центре круглого зала, высеченного в скальной породе, пылает вечный огонь в чаше из того же черного камня. Но сегодня он не просто горит. Он бушует. Языки пламени бьют к сводам, но не слепые и хаотичные. Они сплетаются, тянутся к центру, формируя нечто. Сердце замирает, а затем с силой бьется в такт этому гулу. Пламя сгущается, уплотняется, принимает форму. Огненный силуэт. Не человека. Не дракона. Нечто среднее. Могучие очертания, в которых угадывается и воин, и древний змей. В нем – мощь, по сравнению с которой моя сила кажется искоркой. Первый. Первый Каэлрон. Основатель рода. Дух, вплавленный в саму суть этой горы. У него нет лица. Только две угольные впадины, где должны быть глаза. Но я чувствую его взгляд. Он прожигает меня насквозь, видя не тело, а душу. Ту самую, что рвется наружу в гневе, что требует подчинения и контроля. Голос обрушивается на мое сознание. Не звук. Скрежет камня, перемалываемого тектоническими силами. Грохот обвала. Древняя, безжалостная мощь. «Ты силен, наследник» Слова вбиваются в разум, как раскаленные гвозди. В них не похвала. Констатация. Как острота клинка. «Но слеп» Ярость, привычная и надежная, вспыхивает во мне. Я не слеп! Я вижу врагов, вижу их сети! «Твой огонь сожжет тебя, – продолжает голос, не обращая внимания на мой внутренний протест. —Он яростен. Не обуздан. Ты учился контролировать его. Но контроль – это цепь. Она ломается или ржавеет. Ты не можешь вечно сжимать пламя в кулаке, Кассиан. Оно должно дышать.» |