Онлайн книга «Крапива»
|
Но отцу всё чего-то не хватало. Привези Влас из Тяпенок добрые вести али голову вождя шляхов, быть может тогда… Но наследничек оплошал. И, что того хуже, оплошал и выжил. Вернуться к отцу с позором, снова получить унизительную пощёчину? Нет уж, лучше не вернуться вовсе. Поэтому, лёжа животом поперёк седла, отдаляясь от племени Иссохшего дуба, приговорившего его к смерти, он не ликовал. Напротив, Влас равнодушно глядел на покачивающиеся в такт движениям коня руки и, наверное, впервые искренне молился: «Хозяйка Тени, я не раз возносил тебе требу. С твоим именем на устах я поил клинок рудою. Я и сам не робел пред ликом твоим. Так неужто недостоин уйти с гордо поднятой головой? Неужто не заслужил гибели в бою?» Влас не умирал. Измученный, искалеченный, опозоренный. Снова и снова хлебал он бесчестье. Столько, что и проглотить был не в силах. Не иначе судьба глумилась над ним, проверяя, сколько ещё надобно добавить княжичу, чтобы тот переломился. А с ним рядом сидела упрямая лекарка. Та, что отгоняла от него Тень, залечивала раны, отпаивала зельями. О, как же он ненавидел эту девку! Её наивные синие глаза и неумелую улыбку, кожу, гладкую как шёлк… Конечно, она влюбится в шляха. Пригожий мальчишка, что поклоняется женщине наравне с Рожаницей. Поющий, что не прикоснётся к ней против воли, ничего об удовольствиях не знающий и потому не жаждущий их. Влас был таким же когда-то. До того, как впервые возжелал близости. То была чернавка матери, дородная девица чуть старше самого Власа. Он не мог выкинуть из мыслей её крутых бёдер и груди: подглядел, наученный дядькой, когда та пошла в баню. Влас был глуп. Он пел ей песни, как Шатай Крапиве. А потом увидал, как один из дружников отца нагнул её посреди кухни. А после кинул монетку, и чернавка быстро спрятала её за пояс. Дубрава Несмеяныч знатно расхохотался, когда белый как полотно Влас явился к нему и потребовал научить, как победить соперника в поединке. — Ради бабы, говоришь? – Дядька подкрутил усы и, тяжко вздохнув, сел. – Дай-ка я тебе кое-что расскажу о бабах… Совет, данный Дубравой, долго выручал княжича. Печатный пряник али драгоценные серёжки – ключ к сердцу самой неприступной красавицы. Вот вроде и робеет, стоит позвать её на сеновал, а надень на запястье наруч с каменьями – и сама задирает юбку. Чернавка стоила всего-то серебруху. Влас тогда швырнул монету на пол и приказал: — Раздевайся. Девка, не моргнув и глазом, подобрала денежку и скинула понёву. — Дальше раздевайся. Дождавшись, пока на ней не останется ни лоскутка ткани, Влас велел: — А теперь становись на четвереньки. Чернавка выполнила и это. Ещё и поторопила: — Княжич, у меня там, не ровён час, тесто перебродит. Давай уже к делу! Прикасаться к ней Влас не стал. Побрезговал. Но одному чернавка всё ж его научила: любую бабу можно купить. Надобно лишь предложить хорошую цену. Когда-то давно Тур так купил его мать – закидал золотом, ввёл в княжий терем. Много после Влас и сам покупал так любовь. Но пришёл срок, когда платить стало нечем. Нынче у Власа не осталось ничего. Да и имелось ли когда? Может, он всегда был так же беден, как сейчас, умирая посреди степи, просто этого не замечал? Теперь не то что женщину или друга, глоток воды купить не за что. Только просить, как побитая собачонка… |