Книга Герцог для Дианы, страница 41 – Сабрина Джеффрис

К этому времени Диана чувствовала, что вымоталась полностью. Она никогда не понимала, почему все эти разговоры с портнихой и клиентками так действовали на нее, но они очень утомляли. Приходилось утрясать массу противоречий между практичным подходом портнихи и фантазиями клиенток. Так что вместо того, чтобы возвращаться с дамами в особняк, она предложила им ехать одним, потому что в Гренвуд-Хаусе их ожидали Верити и Элиза со своими вопросами.

Но дамы отказались отпускать ее одну идти пешком и заявили, что довезут ее до дома Элизы — это предложение она приняла с благодарностью. Приехав домой, Диана попросила подать ей чай в сад, взяла альбом, уголь и карандаши, чтобы за чаем набросать эскизы нескольких фасонов.

Сад Элизы нельзя было назвать большим, но для целей Дианы он вполне годился. Она очень любила наблюдать здесь за черными дроздами и крапивниками, а иногда бросала им семечек, чтобы порисовать их. Так прошел добрый час, пока она не ощутила, что поднимается ветер. Быстро открыла новую страницу, чтобы изобразить черные тучи, которые стали наливаться на небе, словно синяки на лице, а в отдалении электрические пальцы молний, пронизывая облака, образовывали арки между небом и землей.

Карандаш порхал в ее руке. Она пыталась перенести на бумагу открывшуюся перед ней картину, пока дождь не накроет этот маленький уголок Лондона и не заставит ее наблюдать за драматическим крещендо изнутри дома. Так что, когда появился лакей и объявил: «Его светлость герцог Гренвуд», — ей потребовалось секунда, чтобы отреагировать.

Диана быстро вырвала листы с зарисовками грозы и сунула их в самый конец блокнота, оставив сверху наброски к фасонам. Во всех ее рисунках, которые не относились к моде, было слишком много от нее самой, слишком много откровенности, чтобы показывать их чужакам. Кроме того, учитывая, как неприязненно Гренвуд Всемогущий относился к тому, что считал банальным, ей было бы невыносимо выслушивать его насмешки над рисунками.

Он вошел в сад как раз в тот момент, когда Диана закрыла альбом.

Она поднялась.

— Ваша светлость, не ожидала увидеть вас сего…

— Как вы посмели поощрять интерес Рози к лорду Уинстону? — рявкнул герцог. — Он самый настоящий охотник за приданым, и неважно, слышали вы об этом или нет! Уверяю вас, моя информация на его счет абсолютно достоверна. И в любом случае у вас нет права лезть в наши семейные дела, дьявол вас побери!

Такая неожиданная атака подстегнула ее.

— Именно за это вы платите мне и моим сестрам, не так ли? — отрезала она. — Дебют вашей сестры — одно из ваших семейных дел.

Герцог зло уставился на нее.

— В ваши услуги, видимо, входит одобрение поклонников за моей спиной.

— Я ничего не делала за вашей спиной. Вас там не было. Рози спросила меня, что я думаю об этом человеке, и я сказала ей правду: мне не доводилось слышать, что он охотится за приданым. Но я также сказала, что у него репутация распутника, и предупредила, чтобы она не поощряла его ухаживаний.

Это, казалось, застало его врасплох.

— Вы ей так сказали?

— Да. Если вы надавите на нее, она может даже признаться в этом. — «Или — нет, учитывая, как ты ее запугиваешь». Но лучше не произносить такого вслух. Он все-таки оставался ее клиентом.

По этой же причине она не осмелилась рассказать Гренвуду, что Уинстон был ее кузеном. Едва ли он после этого останется клиентом «Элегантных событий». А еще ей нравилась Рози. И не хотелось прекращать их отношения только из-за того, что у герцога были какие-то проблемы с благородными джентльменами. Надо будет черкнуть пару строк Уинстону, чтобы предупредить его не открывать их родственных связей. О, а еще предостеречь сестер не говорить об этом ни слова.