Книга Инспектор артефактов, страница 82 – Даниил Светлов

Он отключился.

Я опустил телефон. Настя не спала — сидела на кровати, смотрела на меня.

— Глеб? — спросила она.

— Да.

— Что сказал?

Я помедлил. Раньше я бы нашёл десять причин не говорить. Сейчас — не нашёл ни одной.

— Встречаемся послезавтра. В Орешке. Просит привезти Зеркальце.

— Поедем вместе, — сказала она.

Я хотел возразить. Язык уже повернулся сказать: «нет, опасно, не обучена, не втягивайся». Но я ничего не сказал. Я взял телефон и набрал Горелова.

— Глеб вышел на связь, — сказал я коротко. — Назначает встречу в Орешке. Послезавтра. Просит Зеркальце.

Горелов молчал несколько секунд.

— Угрожал?

— Да. Кречету и тебе. Сказал: если полезете — откроет дверь, и вы не поймёте, с какой стороны проснётесь.

— Понял, — голос Горелова стал жёстким. — Завтра утром соберёмся у Кречета. Всё решим. Ты пока не дёргайся.

— Я не дёргаюсь, — сказал я и сбросил вызов.

Я посмотрел на Настю. «Слеза» на её шее пульсировала в такт дыханию — ровно, без тревоги.

— Завтра утром, думаю, будет совещание в Конторе, — сказал я. — Там и решим.

Она кивнула.

Я лёг, закрыл глаза. В ногах было пусто — Василиса всё ещё в лаборатории. Но я представил, как она лежит там, на чужой подстилке, и ждёт. И знает. Всё знает без слов.

Глеб сказал: «Она выберет сама. Не мешай».

Я не знал, что это значит. Но знал, что скоро узнаю.

Завтра утром всё решится. Или не решится.

2.

Утром я ехал в Контору один. Настя ушла на работу позже. В школе была выставка детских рисунков, а потом допы. Она поцеловала меня в щёку на прощание.

— Я приду сегодня позже. Не жди. Поешь что-нибудь.

В Конторе меня встретил Горелов.

— Все уже у Кречета, — сказал он. — Опаздываешь.

Я поднялся на второй этаж и прошёл по коридору, где каждый шаг отдавался глухо. У двери кабинета стоял Олег Григорьев и курил, хотя здесь это было запрещено. Увидел меня, затушил окурок о подошву и тихо сказал:

— Все внутри.

Я толкнул дверь.

В кабинете было душно и темно — шторы задёрнуты, настольная лампа горит вполнакала. У окна, спиной к свету, стояла Морозова. Чёрный сидел в своём кресле у стены — кейс на коленях, пальцы на замках. Джейкоб расположился в стороне, на отдельном стуле. Олег зашёл следом и встал у двери, скрестив руки на груди.

Кречет сидел за столом. Перед ним лежала карта — старый план крепости Орешек с красными кружками, синими стрелками и карандашными пометками на полях. Он поднял голову, посмотрел на меня поверх очков и сказал:

— Закрой дверь.

— Один? — спросила Морозова, не здороваясь. Голос жёсткий, как приговор.

— Настя на работе, — ответил я.

— Ситуация вышла за рамки, — начал Кречет. — Глеб собрал три элемента Ключа. Осталось Зеркальце. Если он получит его и активирует портал, Тишина проснётся полностью. Не частично, как мы привыкли, а во всей своей полноте.

Морозова шагнула вперёд:

— Если портал откроется, Тишина сотрёт всё, что вышло из-под контроля. Петербург, Контора, мы с вами — неважно. На кону существование целого региона. Твоя встреча с Глебом, Денис, — это последняя граница.

Чёрный подал голос — ровный, ледяной, без интонаций:

— Исход один: закрыть Глеба. Либо он отдаёт Ключ добровольно, либо мы забираем силой.

Он чуть сдвинул кейс на коленях:

— Я даю группу. Не ваши маги, конечно, — спецназ. Но ребята подготовленные. Своё дело знают.