Книга Ты теперь наша рабыня, страница 15 – Рин Рууд

Я дышать не могу. И пошевелиться тоже.

— Ты же обещал, — сипло отзываюсь я.

— Ты все еще изучаешь меня, Ви, — улыбается. — Иди сюда.

Притягивает меня к себе ближе. Обхватывает член рукой и медленно скользит головкой по клитору, вызывая во мне волну острой судороги от кончиков пальцев на ногах до макушки.

— Скрести ножки…

Я подчиняюсь его тихому шепоту, и он привлекает меня к себе, скользнув членом между напряженных бедер по набухшим складкам. Твердый ствол вжимается в лоно, а головка выныривает между ягодиц.

— Тебе все еще страшно? — шепчет на ухо, затем ведет бедрами назад, чтобы вновь скользнуть по моей промежности всей длиной члена.

Я не могу ему ответить, потому что у меня в глазах темнеет от его нового уверенного скользящего движения, которое давит на клитор.

Он плавится, внутренности схватывают спазмы, которые пробивают тело судорогами, и, захлебываясь в стонах, прижимаюсь к Богару, скрещивая ноги до боли. И я хочу почувствовать сейчас его в себе, потому что я будто сама себя пожираю в тягучем удовольствии, в котором нутро сжимается и разжимается.

— Бо… гар…

Хриплю я и вздрагиваю в его объятиях, а затем обмякаю под последней судорогой и всхлипываю в ее грудь. Его член все еще между моих ног. Горячий и весь в вязкой смазке.

— Тебе все еще страшно? — голос у него хриплый и чуточку насмешливо-снисходительный. — Ви…

Я неразборчиво мычу, а он смеется, мягко отстраняется, чтобы затем скользнуть головкой по моему животу и с глухим рыком в висок обжечь кожу у пупка густыми выстрелами семени.

Я опять жалобно всхлипываю, когда он натягивает трусики и пижамные штаны мне на попу:

— Саймон, включи звуки леса, будь так добр. Теперь мы точно готовы баиньки. Да, Ви?

Птички поют, ветер шуршит и листочки шелестят. Очень объемный, пусть и тихий звук. Я в лесу никогда не была, но, наверное, он так и звучит. Уютно, мягко и мечтательно.

Богар, кажется, заснул. Зарылся носом в мои волосы и размеренно дышит, а я паникую в его теплых объятиях.

Я посреди космоса, и мне точно никуда сейчас не сбежать. И меня купили, как рабыню.

Касаюсь чипа на шее, и чувствую тонкий и едва уловимую искорку.

Как же так, папа? Как ты мог? Я ведь твоя малышка, твое золотце, твоя доченька, ради которой ты жил…

Жалобно всхлипываю, и Богар сквозь сон недовольно и глухо рычит. Закусываю губы и успокаиваю свое прерывистое дыхание.

— Саймон, — шепчу я.

— Да? — шепотом отвечает ИИ.

— Ты тут был и… — краснею.

— Я тут всегда и везде, — тихо отвечает Саймон. — И да, Богар спит.

— Точно спит?

— Точно.

— А те двое?

— Нет, не спят, — шепчет Саймон. — Единственное, что могу сказать… Они в своих каютах. Большего не скажу, а то нарушу их приватность. Я же не твой личный шпион.

— Понимаю, — замираю, когда Богар закидывает на меня ногу. — Вот блин.

У меня неожиданно урчит желудок, и я понимаю под волной слабости и потливости, что я голодная.

— Выползай, — едва слышно отзывается Саймон, — он крепко спит.

Неуклюже сползаю с койки на пол и на четвереньках замираю, когда Богар с сонным урчанием переворачивается на спину. Откидывает руку в сторону, и тяжело вздыхает:

— Убью, сука…

Мое лицо сминается в гримасу ужаса с открытым ртом. Мне крышка.

— Это он не тебе.

— А кому?

— Не знаю.