Книга Эстафета передается, страница 117 – Майко Сэо

— Не переживай, он не придет. Встречу с тобой мы пока отложим.

— Отложите?

— Ага. У меня же несколько родителей – мы не можем все время до свадьбы посвятить только тебе, нужно успеть поговорить с каждым. В общем, я решила сначала получить одобрение остальных родителей.

— Что за чушь? Тебе не кажется, что оставлять меня на конец – это как-то неправильно? Я, конечно, понимаю, что я только недавно стал твоим отцом… хотя погоди… Я уже семь лет как твой отец! Я что, до сих пор не заслужил уважительного отношения? – угрюмо сказал Моримия.

— Ты как раз самый важный. Я бы сказала, ты хедлайнер.

— Кто?

— Ну, это самый известный, главный артист, который всегда выступает в конце.

— А, типа гвоздь программы?

— Ага.

— Понял. Ну, ступай, пройдись сперва по артистам на разогреве. Правда, пока доберешься до главной звезды, получишь от всех отказы, а там, глядишь, и твой разгильдяй опять куда-нибудь слиняет, – гордо сказал Моримия, а затем добавил: – В этом соусе из пасты мисо есть немного чили, поэтому он хорошо сочетается с рисом, – и с аппетитом отправил в рот кусочек скумбрии.

Из моих родителей живы и здравствуют четверо: Моримия, Идзумигахара, Рика и мой родной отец Сюхэй Мито. Рика много лет назад уехала в неизвестном направлении, так что я знаю адреса только Моримии и Идзумигахары.

— Я что-то нервничаю перед встречей с твоим отцом. Еще и дом такой огромный! – Хаясэ глубоко вздохнул.

Мы стояли перед воротами, ведущими на участок Идзумигахары. Досюда от дома Моримии нужно было проехать всего четыре станции и потом еще пятнадцать минут на такси. Стоял первый день Золотой недели^[54], солнце начинало потихоньку припекать.

— Не переживай. Идзумигахара только выглядит строгим, на самом деле он очень добрый.

— Ты и перед встречей с Моримией говорила: «Не волнуйся, он точно одобрит наш брак», – рассмеялся Хаясэ.

— Ха-ха, ну да! Но с Идзумигахарой точно бояться нечего, – убежденно произнесла я.

В конце апреля я написала письмо Идзумигахаре. После окончания средней школы это был первый раз за семь лет, когда я решила с ним связаться. Я не знала, как начать письмо. Я уезжала от него девятиклассницей и с тех пор успела выпуститься из школы, окончить университет, устроиться на работу, а сейчас и вовсе готовилась к свадьбе. Если бы я подробно описывала все, что произошло со мной за эти годы, письмо вышло бы непомерно длинным. А с другой стороны, рассказывать было особо и не о чем: я всего-навсего стала старше. В конце концов, после долгих размышлений я просто написала, что у меня по-прежнему все хорошо и что я выхожу замуж и хочу познакомить его со своим женихом. Идзумигахара тут же ответил: «Буду вас ждать». Письмо было написано крупным, но аккуратным почерком – он очень хорошо подходил чуткому и щедрому Идзумигахаре.

— Тут совсем ничего не изменилось. Ну, это и неудивительно, – сказала я, медленно обводя взглядом территорию вокруг дома.

В саду за большими воротами виднелись ухоженные деревья. Оказавшись здесь впервые, еще шестиклассницей, я подумала, что меня привезли в роскошный особняк, но теперь, будучи взрослой, я понимала, что бывают дома и значительно больше, и гораздо дороже, так что это двухэтажное здание уже не казалось мне таким уж неприступным. Хоть я и провела здесь всего три года, у меня было ощущение, будто я приехала навестить близкого родственника.