Книга Развод. Я (не) буду твоей, страница 24 – Наталья Ван

Меня бьет током. От ее слов, от наглости. От чудовищности ее лжи.

— Бред. Этого не было. Я помню тот день до последней секунды. Я ушел из бара и поехал домой!

— Жень, да хватит тебе мучить свою память, — она качает головой с фальшивой жалостью. — Ты просто не помнишь. И я за это на тебя не сержусь. Но смотри. Я не рассказала об этом своей любимой сестренке. Пока я только дала ей почву для размышлений. Но если ты продолжишь и дальше утверждать, что ничего не было... то мне придется рассказать ей об этом нашем маленьком секрете.

— МЕЖДУ НАМИ НИЧЕГО НЕ БЫЛО! — я ору и шагаю к ней. Инстинкт берет верх. Моя рука сама взлетает и хватает её за горло. Я не сжимаю. Я держу. Контролирую себя из последних сил, чувствуя, как под пальцами бьется ее пульс. Она не отстраняется. Ее улыбка становится только шире и отвратительнее.

— И как ты ей это докажешь? — шепчет она почти беззвучно. — Ты же понимаешь, что сейчас идёт моя игра. В ней мои правила. И все, что ты можешь сейчас сделать это играть по ним. Мои слова против твоих. И, зная свою сестру, она выберет меня. Она всегда выбирала меня. А потом... потом она будет приходить к нам и нянчить нашего сына, пока ты будешь сходить с ума от того, что потерял её навсегда.

— Зачем тебе это? — я выдыхаю, отпуская ее. Чувство отвращения заливает меня с головой. — Почему ты сделала это на свадьбе?

— Всё просто, Жень. Куда проще, чем вы все себе напридумывали. Так было куда интереснее. Скажи, ведь реакция Карины была просто восхитительна?

— Она твоя сестра. За что ты ее так ненавидишь?

— У меня с ней свои счеты. Я не могла позволить ей быть счастливой, в день вашей свадьбы, — её глаза становятся пустыми, холодными. — Но сейчас, от тебя требуется только развод и наша свадьба. Всего-то. Согласись, это не такая уж и высокая цена за то, чтобы все устаканилось. Чтобы наши родители на вас больше не давили, чтобы Карина перестала нервничать и сходить с ума. Ты же ее любишь, Жень. Так поставь точку. Отпусти ее, чтобы она не мучилась.

— Я на тебе не женюсь. И ты это знаешь.

Я отступаю на шаг, разрывая это отравленное пространство между нами. Насколько надо быть гнусным, извращённым человеком, чтобы сотворить такое с родной сестрой?

— Женя, — она поднимается с дивана, и в её позе, во взгляде читается непоколебимая уверенность хищницы. — Я всегда добиваюсь своего. И лучше тебе развестись с ней по-хорошему. Ты же не хочешь, чтобы я принесла ей запись того, как мы с тобой кувыркаемся в тот день?

Я замираю. Кровь стынет в жилах.

— Что... что ты несёшь? Какая запись?

— Удивлён? Я могу и не такое придумать, — она хмыкает. — Так что подай на развод первым. Давай не будем всё усложнять. Тем более, твоему ребёнку нужен отец. У тебя есть несколько дней, чтобы принять решение. Потом я отправлю ей видео.

Она проходит мимо меня в коридор. Наклоняется, чтобы надеть сапоги. Медленно, демонстративно. Потом выпрямляется и смотрит мне прямо в глаза.

Шок медленно отступает, сменяясь холодной, стальной яростью. Я делаю шаг к ней.

— Послушай меня сюда, — мой голос звучит тихо, но с таким напором, что она невольно отступает на полшага. В ее глазах мелькает тот самый страх, которого я ждал. — Ты не на того напала. Не думай, что сможешь меня шантажировать такой хернёй. Я люблю Карину. И я буду за неё бороться. Даже если на нашем пути встанешь ты. Я с тобой не спал, и я в этом уверен. Так что оставь при себе свои влажные фантазии.