Книга Измена. Верни мне нас, страница 66 – Елена Валерьева

Но мы слишком дорого заплатили за ложь.

— Иногда — да, — ответила я. — Но не так, как должно быть с человеком, с которым ты хочешь проснуться старой.

Он сглотнул.

Я видела, что ответ сделал ему больно. И одновременно странно облегчила его каким-то уродливым образом.

— Я не сравнивал вас, — сказал он вдруг.

— Что?

— Женщин. Никогда. Ни одну. Это всегда была не любовь. И не выбор между вами. Это было… отсутствие себя.

Я устало усмехнулась:

— Ты правда думаешь, что от этой формулировки мне легче?

— Нет. Просто я не хочу больше говорить тебе полуправду.

Тут я впервые за весь разговор почувствовала, как во мне что-то смягчается.

Не прощение.

Но, может быть, уважение к его боли. И к тому, что он наконец перестал сбрасывать ее на чужие плечи.

Мы говорили долго. Гораздо дольше, чем я рассчитывала.

О Павле. О Насте. О Карине, которая слишком быстро выросла на фоне нашего краха. О том, как мы незаметно превратили любовь в проект выживания. О том, что деньги действительно дали нам многое — и почти отняли главное, потому что мы оба в какой-то момент начали служить фасаду вместо жизни.

Потом он вдруг сказал:

— Я все еще люблю тебя.

Не громко. Не театрально. Без нажима.

Просто факт.

Я посмотрела на него.

— Я знаю.

— А ты?

В горле тут же пересохло.

Вот он — тот самый вопрос, ради которого, возможно, все и происходило. Не вслух, но всегда между строк.

Люблю ли я его?

Да.

Но любовь и решение — не одно и то же.

— Да, — сказала я честно. — Но это пока ничего не означает.

Он кивнул.

И в этот момент я увидела то, чего не видела в нем очень давно: зрелость выдержать ответ, который не льстит и не обещает.

— Хорошо, — сказал он. — Пусть пока не означает.

Мы вышли из кафе, когда уже совсем стемнело.

Шли по набережной медленно, рядом, но не касаясь друг друга. И это расстояние между нашими руками было почти физически ощутимым. Как граница между прошлым и возможностью.

У машины я остановилась.

— Я не готова возвращаться, — сказала я.

— Я и не просил сегодня, — ответил он.

— Но я готова… не ставить точку окончательно.

Он посмотрел на меня так, будто внутри него тихо вспыхнул свет.

— Этого уже больше, чем я заслужил.

— Не начинай с пафоса.

Он впервые за вечер по-настоящему усмехнулся.

— Хорошо.

Я открыла дверь машины, потом обернулась:

— Игорь?

— Да?

— Если мы хоть что-то попробуем снова… больше никакой лжи. Ни красивой, ни удобной, ни спасительной.

Он кивнул сразу. Без паузы.

— Никогда больше.

Я села за руль и уехала.

А по дороге домой вдруг поняла, что впервые за долгое время плачу не от безысходности.

А от надежды, которой боюсь почти так же сильно, как когда-то боялась потери.

Новая дополнительная глава 21. Игорь

Учиться не торопить

Самым трудным после нашей первой настоящей встречи стало не вернуть Аллу.

Не торопить.

Раньше я жил иначе. Если проблема обнаружена — ее надо решать. Если что-то рушится — срочно подставить плечо, деньги, связи, давление, аргументы, организацию. В моей картине мира скорость часто заменяла глубину. И надо сказать, в бизнесе это работало прекрасно.

С женщиной, которую ты предал, — нет.

После кафе у меня внутри все рвалось вперед.

Хотелось писать чаще. Звонить чаще. Видеться чаще. Тащить ее в поездки, дарить что-то, доказывать действием каждую секунду, что я изменился, исправился, понял, раскаялся, готов, достоин, способен, только дай.