Книга Малая, я тебя испорчу, страница 48 – Настя Мирная

— Я слышала, что в кинотеатре последние ряды специально для поцелуев.

Немного придвигается.

— Где ты такое слышала? – толкаю, тоже подаваясь ближе.

— Не знаю. Где-то, – опирается на подлокотник, перегибаясь через него.

— И что ты предлагаешь? – ставлю предплечья по сторонам от её и останавливаюсь в паре сантиметров от её лица.

— Взрослому дяденьке лучше знать.

— Маленькая зараза, – бормочу, закрывая глаза и завладевая её податливыми губами со вкусом карамельного попкорна.

Поцелуй выходит скромным по моим меркам, я даже язык не задействую. Не знаю почему, но мне нравится целовать её настолько… невинно. Ну а если уж честно — углублю и буду со стояком мучиться. С трудом отрываюсь от и хриплю:

— Фильм неинтересный?

— Интересный, – выдыхает и прихватывает губками мою нижнюю. – Очень интересный.

В себя прихожу лишь когда загорается свет. Малая мгновенно смущается, румянец бросается в лицо. Дёргается назад, но я перехватываю за лопатки и не даю отстраниться.

— Люди увидят, – трещит, делая ещё одну попытку, только я не отпускаю.

— И что с того? Мы просто целуемся.

Провожу подушечкой пальца по её ушку. Блять, мне точно лечиться надо. Глажу своими губами её. Ловлю ртом сбившееся дыхание.

— Всё нормально, Свет. Мы не делаем ничего плохого.

— Сама себя такой глупой чувствую, – признаётся приглушённо, тяжело вздыхая.

Язык чешется спросить, откуда у неё такие комплексы, но я молчу. Убираю за уши волосы, погладив шею и поймав, как прямо под моими пальцами на её коже проступают мурашки. Мягко чмокаю её в губы и встаю. Отряхиваюсь от крошек попкорна. Света тоже поднимается, глаза прячет. Поддеваю подбородок пальцами, опять целую и предупреждаю:

— Чем больше будешь смущаться, тем чаще буду тебя целовать. Усвоила?

— Не совсем, – выбивает, подставляя губы.

Со смехом облизываю их, запуская пальцы в мягкие, светлые волосы.

— Перекусим? А то оставил маленькую девочку голодной.

— С удовольствием, – отвечает с улыбкой.

Из кинозала, естественно, выходим последние. Фудкорт тут же. Проходим по всем точкам общепита.

— Выбирай, что хочешь, – и сразу предупреждаю: – Я на свидание пригласил, я угощаю.

Ходим от точки до точки. Крепко держу её за руку. Света и сама цепляется, иногда прижимаясь немного ближе.

— Это, – указывает на ларёк с китайской лапшой.

Поставив Малую перед собой, чтобы случайно не зашибли, медленно продвигаюсь в очереди. Она выбирает удон с креветками и молочный улун. Я беру себе с говядиной и пуэр. Отвоёвываю столик у парочки, которая тупо сидит и пялится в телефоны, явно покончив с едой. Отодвигаю Принцессе стул.

— Палочками пользоваться умеешь?

Она ловко перехватывает их и щипает за нос, заливисто хохоча.

— Ты, кстати, как после вчерашнего? Плохо не было?

Она в секунду мрачнеет. Делает глоток чая.

— Нормально всё.

— Эй, ты чего потухла сразу? Что-то не так? – секу, подбив костяшками её опущенную голову.

Светка тяжело вздыхает и поднимает потухший взгляд.

— Нам рассказывали, когда спасаешь чью-то жизнь, накрывает эйфория. А я ощутила… какое-то опустошение. Сама сорвалась, пришлось уже меня спасать.

Столкнув брови на переносице, пересаживаюсь на стул поближе. Обнимаю за плечи и не позволяю отвести взгляд.

— Красота, ты чего расстроилась вдруг? Я видел, как ты действовала. Все стояли и причитали, а ты — нет. Если бы не полезла, мальчишка утонул бы. Ты ему жизнь спасла. К тому же ты такая маленькая и хрупкая, а он был мокрый, тяжёлый, там скользко. Он испуганно цеплялся за тебя. А мне спасать тебя было одно удовольствие. Светик, ты огромная молодец. Смелая, самоотверженная девочка. И я горжусь тобой.