Книга Малая, я тебя испорчу, страница 250 – Настя Мирная

Опускаю ноги и падаю на неё сверху. Какое-то время тупо дышать пытаемся.

— Мы сумасшедшие, – выталкивает запыхавшимся, осипшим голоском.

Ответом ей служит её один поцелуй, граничащий с пыткой.

Думал: нереально так любить, как братья. Сейчас, держа в объятиях свою девочку, осознаю — реально! И даже гораздо сильнее.

На чужих ногах выхожу из ванной и обессиленно падаю на диван. Уставившись в одну точку, даже думать ни о чём не могу. Сначала — сумбур. Потом — полный вакуум. Онемела. Отупела. Дышу вообще? Сердце бьётся? Не знаю. Не разбираю.

— Свет, ты чего? – выглядывает из кухни снятой Ником квартиры Ками.

Замечаю её краем глаза, но отреагировать никак не могу. Звук её тихих шагов отдаётся набатом по всему телу. Кажется, меня начинает колотить. Замечаю лицо Радо прямо перед своим носом. Тёмные глаза сужены. Губы шевелятся, что-то говорят.

— Светка, не молчи. Что случилось? Эй! – тормошит меня за руки и сильно встряхивает за плечи.

Конвульсивно дёрнувшись, судорожно вдыхаю и концентрирую смазанный взгляд на обеспокоенном лице подруги.

— Свет?

Издав булькающий звук, выбиваю в лоб:

— Я беременна.

Глаза Камиллы превращаются в два обсидиановых блюдца, а губы распахиваются в «О».

Только озвучив это, понимаю весь трындец ситуации. Я. Беременна. Боже, что теперь будет?

— Думаю, поздно говорить о контрацепции? – издаёт мрачный смешок.

Заторможенно киваю. Никак не в силах поверить в то, что это произошло.

— Святольникова, ладно ты. Первый парень, всё такое. Но принц-то твой совсем башкой не думает? Членом только? Вы вообще предохранялись?

— Да… Нет… В основном… – бормочу невпопад. Упираюсь локтями в колени и роняю голову на руки, спрятав лицо в ладонях. Мотаю ей из стороны в сторону и стону. – Не всегда… В душе… Или утром… При встрече…

— Короче, почти никогда, – саркастично фыркает, присаживаясь рядом. Обнимает за плечи. Поглаживает успокаивающе. – И? Что дальше?

— Я не знаю, – хнычу, не поднимая своей бедовой головы. – Не знаю, Камилла. До меня только начинает доходить «счастливая новость», – смеюсь истерично.

— Боишься реакции Ника? – выпаливает глухо, напряжение прорезает её голос.

Судорожно всхлипываю. Откидываюсь на спинку дивана. Зажмуриваюсь.

— Боюсь, – киваю и роняю голову обратно. – Всего боюсь. Учёба… Тётя… И да… Никита.

— Думаешь, он заставит тебя сделать аборт?

Отчаянно мотаю головой. Волосы падают на лицо и обвивают шею. Рваными, нервными движениями убираю и отвожу назад. Закрываю лицо руками.

Не знаю. Боже мой, я не представляю, как он отреагирует на такую новость. Да, мы говорили о семье: сыграть свадьбу, завести детей. Но не сейчас, а через пару лет. А что теперь? Боже мой, что будет? Как я скажу ему?

— Тебя трясёт, – констатирует Камилла. – Я воды принесу.

Убегает, оставляя меня наедине со своими мыслями, налетевшими ураганом и атаковавшими мозг тысячами острых лезвий. Мне хочется смеяться. Мне хочется плакать. Мне хочется вопить во всё горло. Лишь бы это давление в груди хоть немного ослабло. Мне дышать больно. Или просто страшно сделать вдох.

Радо суёт мне в руки кружку с водой. Делаю пару глотков, но они проваливаются в желудок тяжёлыми глыбами. Колотить начинает сильнее. Я всё же начинаю смеяться, а по щекам, обжигая, быстрыми дорожками катятся слёзы. Вскоре истеричный смех переходит в такие же рыдания. Подруга не выпускает меня из объятий. Гладит, говорит что-то успокаивающее, но я слышу только: