Книга Малая, я тебя испорчу, страница 221 – Настя Мирная

— Теперь ты сбегаешь? – выталкиваю, несмело шагая в сторону двери.

Один шаг. Второй, третий. И вот я уже стою, перекрыв выход, сама не понимая, что делаю. Осознание бьёт по темечку и взрывает мыльный пузырь. Всё тело прошибает дробью.

Я не дам ему уйти! И я не хочу, чтобы он и дальше продолжал вариться в чувстве вины. Никита этого не заслуживает.

— Свет, не надо, – требует ровно, останавливаясь напротив.

— Я не хочу, чтобы ты уходил. Никита… – тараторю быстро, потому сбиваюсь и глотаю буквы. – Ник, не надо. Я всё поняла. Мне неприятно. Очень. Но теперь я тебя не отпущу. Мне и правда нужно время. Только рядом с тобой. Мне сложно, но я понимаю тебя. И не стану больше обвинять. Ты сделал глупость, потому что я сделала её первая. Больше так не будет. Не уходи, прошу.

На последних словах срываюсь вперёд и повисаю у него на шее. Пакет с шелестом падает на пол. Трясущиеся руки обвивают талию. Никита шумно, долго выдыхает мне в волосы и сдавливает так, что хрустит позвоночник.

— Прости…

— Всё хорошо, Никит, – говорю, поглаживая его по спине и волосам. – Не извиняйся больше. Хватит уже. Что было, то было. Меня отпустит. Не сейчас, но…

Он так резко отстраняется, что я, потеряв опору, едва не теряю и равновесие. Пошатнувшись, хватаюсь за воротник его куртки.

— Ты же не простишь, – роняет обречённо. – А если и да, то не сможешь отпустить.

— Смогу, – заверяю с жаром. Перекидываю руки на шею и тяну его к себе. – Даже утром я понимала, что не хочу расставаться из-за этого. Мне неприятно, я ревную. Но разве это причина?

Сталкиваемся лбами. От врезавшихся взглядов пространство искрит и потрескивает. Сердце скачет по всему телу, заставляя конечности дрожать.

— Не уезжай. Останься со мной. Никита… я тебя всё равно люблю, этого ничего не изменит.

Воздух в номере замирает в статике, чтобы через мгновение взорваться фонтаном искр. Дымчатые глаза расширяются — мы оба помним, что эти слова принадлежат ему.

— Да, не изменит, – подтверждаю уверенным кивком. – Ты только… Только пообещай, что не будешь больше с ней жить, я этого не выдержу, – требую на последнем дыхании и дробно захватываю воздух несколькими порциями.

— Не буду, Свет. Дай мне неделю-другую, я обговорю всё с Майей.

— Если она не захочет?

— Захочет, – обрубает нервно, но уверенно. – Она не станет цепляться за меня и мешать нам. На днях переговорю с предками, скажу, что расстались с ней. К Новому году они должны будут успокоиться, и тогда познакомлю вас. Только, прошу, сделай вид, что ты ничего не знаешь. Мы обещали забыть о той истории и никому никогда не рассказывать. И, Света, – переводит дыхание, закрывает глаза и, не открывая, заканчивает, – я хочу, чтобы ты понимала, что я не прекращу с ней общаться совсем. И если Майе понадобится помощь — я помогу.

Мне это не нравится, и я озвучиваю прямо.

— Принцесса, – снова пауза, за которую Ник снимает куртку, подводит меня к креслу, садится в него и усаживает на колени. Обвив одной рукой талию, пальцами второй поглаживает ладонь. – Я тоже не в восторге от сложившейся ситуации, но Майя — мой очень близкий и дорогой друг, которого я видел на самом дне и которого оттуда вытаскивал. Сейчас, с возвращением Макса, начнётся буря. Я с братом почти год не общался, он на меня бесится. Это всё, наши с тобой проблемы — пиздец, водоворот. Я не знаю, за что, блять, хвататься и в каком направлении двигаться. Дай мне немного времени, Свет. Я разгребусь со всем этим.