Книга Малая, я тебя испорчу, страница 197 – Настя Мирная

За минуту до того, как уснуть, Малая пробормотала, что ей не верится в то, что всё случилось, что я тут, и мы оба голые. Я только улыбнулся и поцеловал её. На самом деле сам не верю, что не сплю. Что она простила мне Майю. Что под одеялом на ней ничего нет, хотя попытки натянуть хоть что-то были. Пришлось пресекать и силой удержать Свету.

Бедная, так вымоталась за эти дни, что просто отрубилась. Не знаю как, но меня утянуло следом. Приснился сон, что она опять сбежала. Проснулся резко, с колотящимся по всей грудной клетке мотором и тяжёлым дыханием. Теперь вот лежу и слежу, чтобы не сбежала. Вроде бы не собирается, но страх держит когтями за глотку, не позволяет снова провалиться в небытие или расслабиться достаточно, чтобы перестать таращиться на неё так, будто моргну, и она испарится.

Немного придвигаюсь и целую ставшие похожими на вареники губы. Ей идёт. Мне, уверен, не особо. Но после всех этих агрессивно-отчаянных поцелуев это было неизбежно.

Касаюсь кончиком языка двух царапин на своей губе и улыбаюсь. Моя скромняшка оказалась совсем нескромной и очень жадной. Не зря говорят, что в тихом омуте черти водятся. Светка, оказывается, на привязи целую орду держала.

— Люблю тебя, Принцесса, – выдыхаю ей в губы.

Они искривляются в улыбке. Ресницы, подрагивая, медленно поднимаются. На меня смотрят мутные, сонные и всё ещё пьяные серебристые звёзды. Её горячие пальчики паучками пробегают по рёбрам. Света подползает ближе. Настолько, что её грудь с маленькими, острыми сосками прижимается к моей. Что вызывает физическую реакцию. Приходится все остатки сил приложить, дабы удержать себя в узде — на сегодня с неё точно хватит. Сбитая целка, два захода, три оргазма… Пусть отдохнёт.

— И я тебя люблю, Никита, – шелестит заплетающимся языком. – Так хорошо, что ты приехал, а не стал церемониться с моими сомнениями и страхами.

Хмыкаю и заламываю бровь. Обвожу языком сладкие губы и отстраняюсь.

— Надо было немного поцеремониться, – выбиваю, усмехаясь. – Не таким я наш первый раз представлял. Не в общаге на кровати, скрипящей так, будто тут групповую порнуху снимают.

Малая заливается краской. На секунду прячет глаза, а после тихо хихикает. Проводит ладонью по моей груди и останавливается там, где разбивается сердце.

— А ты его представлял?

— Сотню раз, – бубню, сглотнув слюну.

— И как это должно было быть? – толкнувшись вперёд, целует плечо, шею. Утыкается в неё носом. Глубоко затягивается. – Как же я скучала по тебе.

— Я тоже, маленькая моя, – отвечаю, прижимая её к себе до хруста. Прикрываю глаза, вдыхая воздух, напитанный её личным ароматом и запахом секса. – Я хотел сделать его для тебя особенным. Может, клишировано, но я думал о лепестках роз, свечах…

— Никит, – вскидывает лицо и прикасается к губам, – с тобой для меня всё особенное. Только, боюсь, из общаги придётся съехать, потому что я людям в лицо смотреть не смогу.

Я смеюсь и осторожно перекатываюсь на спину, помня, что кровать трындец какая узкая. Света устраивается поудобнее, закинув на меня ногу, обняв за рёбра и пристроив голову на плече.

— Если хочешь, сниму тебе квартиру. Тебе не обязательно тут жить. Одно слово — я все твои желания выполню.

— Не надо, – мотнув головой, щекочет волосами кожу. – Я привыкла к общежитию. Да и Ками тут.