Книга Малая, я тебя испорчу, страница 198 – Настя Мирная

— Можете вместе жить в квартире — не вопрос, – накрываю ладонью её голову, перебираю волосы, потираю кожу. – Ты же знаешь, я всё для тебя сделаю.

— Разбалуешь меня окончательно? – смеётся, сверкая глазами.

— И бесповоротно, – соглашаюсь, впиваясь в её губы.

Целую глубоко, алчно, до пульсации в губах и нехватки кислорода. Её пальцы вплетаются в мои волосы. Ногти скребут кожу головы. Малая отталкивается от кровати, ложится сверху на меня. Ощущаю жар её желания. Знаю, что она уже мокрая и готовая. И только по этой причине останавливаюсь. Сдавив ладонями щёки, отрываю её от себя и плывущим взглядом впиваюсь в её лицо.

— Принцесса, как бы ни хотелось трахать тебя всю ночь напролёт, я не идиот и понимаю, что после первого раза нельзя.

Она смущённо уводит взгляд в сторону и пытается сползти на кровать. Перехватываю за спину и укладываю голову себе на плечо.

— Я ужасно себя веду, – лепет, глубже зарываясь лицом в плечевую впадину.

— Просто я разбудил маленькую шлюшку, – ржу, поглаживая спину и голую попку, слегка сжимаю упругую плоть.

Принцесса резко поднимается, упирается ладонями в плечи и нависает сверху. Светлые волосы каскадом ложатся между нами и окружающим. Смотрит мне прямо в глаза. Щёки и ушки покрыты румянцем, но тихий голос звучит чётко и сильно:

— Нет, Ник, ты разбудил меня. Я рада, что это случилось. Что встретила тебя. И что ты оказался не таким идеальным, каким пытался казаться, – на последних словах тихо хихикает и заваливается обратно.

Ныряю мордой в её волосы и дышу, дышу, дышу. Четыре месяца кипячения в вине и мыслях, что я её не стою, и вот наконец я могу снова обнимать, целовать и тупо чувствовать её.

За дверью что-то шуршит. Кто-то дёргает ручку. Благо, я закрыл замок, когда выключал свет. Малая рывком соскакивает на пол. Глаза огромные, испуганные. Губы выталкивают:

— Камилла.

И в подтверждение её догадки, из-за двери раздаётся невнятное:

— Святольникова, если ты храпишь, я тебе придушу. Открывай давай, не вынуждай меня нарываться на неприятности.

Не могу не лыбиться, наблюдая, как обнажённая красота стоит посреди комнаты, таращась на дверь так, словно там стая ядовитых гадов собралась, а не её подружка, судя по голосу, не совсем трезвая. Закидываю руку за голову и наблюдаю, как бросается к шкафу, роется в темноте на полках, накидывает на себя халат, дёргано запахивает и завязывает пояс. Кидается к двери и хватается за ручку. Говорит глухо:

— Ками, минуту.

Потом включает свет, поднимает с пола мои джинсы с боксерами и швыряет мне. Шипит:

— Никита, бога ради, оденься.

И опять к двери. Руки на панике дрожат.

Лениво свешиваю ноги, вытаскиваю из джинсов трусы и натягиваю. Малая, убедившись, что я выполнил приказ, проворачивает замок и отступает на пару шагов, при этом погасив свет. В комнату вваливается девчонка. Видно плохо, но получается разглядеть, что она в коротком платье, которое задирается, когда пытается снять сапоги.

— Ты чего закрылась? – спрашивает, кое-как расправляясь с обувью.

Принцесса бросает в мою сторону нечитаемый взгляд и шуршит:

— Не знаю… По привычке… Как-то само…

Зажимаю рот ладонью и проглатываю смешок. Охота обозначить своё присутствие сразу — не заметить меня всё равно не получится. Под кроватью прятаться я не стану, а до шкафа далеко, всё равно спалит. Но Света не была бы собой, если бы просто сказала: «Ко мне Ник приехал, и мы тут были очень заняты».