Книга Малая, я тебя испорчу, страница 137 – Настя Мирная

— Ты всё слышал? – лепечу, глядя на него исподлобья.

— Да. Заметил, что ты ушла и пропала, и случайно стал свидетелем. Хотел подойти, но она меня тогда так взбесила, что побоялся сорваться на тебя. Свет, то, что она тебе сказала, — дерьмо собачье. Не обязательно скакать с одного члена на другой, чтобы тебя приняли. И меняться ради этого не стоит. Ты прекрасна такая, какая есть. Ты чистая, светлая, невинная, нежная, внимательная, заботливая, скромная, добродетельная. Почему ты думаешь, все обращали на тебя внимание?

— Все? – выталкиваю растерянно.

— Все, – подтверждает с улыбкой. – А я сидел там, как дебил, и зубами скрипел. Злился на тебя, убеждал себя, что похеру, а хотелось каждому, кто на тебя плотоядно посмотрел, морду расквасить, – переводит дыхание, и злость в голосе сменяется теплотой. – Ещё у Аркаши меня привлёк твой потерянный, испуганный взгляд, огромные глаза. От тебя за версту веяло непорочностью. Хотелось защитить, спрятать и укрыть. Да, не все такие, многие хотят использовать, испортить, уничтожить.

— Ты тоже хочешь испортить, – перебиваю негромко.

Ник растягивает рот в улыбке и касается ею моих губ.

— В самом хорошем смысле. Я не хочу стирать твои особенности и черты характера, только немного раскрепостить тебя. Чтобы ты не смотрела на мир со страхом, что любой может тебя обидеть. Чтобы знала, что не все люди живут ради того, чтобы использовать и делать больно. Может, самонадеянно и слишком громко скажу, но я другой, Света. Я знаю цену настоящей любви. Иногда кажется, что она того не стоит. Но рядом с тобой я меняюсь. Ты делаешь меня лучше. И ради того, чтобы кому-то угодить, не должна сама становиться хуже. Так что всё, что она тебе наговорила, — точка зрения недальновидного, глупого, слепого человека, видящего только один способ добиться желаемого. Не жалей, что всё так случилось.

— Но раньше мы всегда понимали друг друга, – возражаю неуверенно. – Столько лет… Но за тот год, что я учусь, Лена так изменилась, что я не узнаю её.

Он кивает и проводит костяшками пальцев по ключице.

— Такое бывает. Если ты захочешь постараться вернуть эту дружбу, я поддержу тебя. Но, скажу честно, Лена и её поведение мне не нравятся. Не думаю, что будет как раньше. Вы уже не понимаете друг друга. Если за столько времени она даже не соизволила поинтересоваться, как ты и что случилось за городом, разве она стоит того, чтобы ты о ней волновалась?

Эти слова я обдумываю, когда еду домой на заказанном Ником такси. Наверное, он прав. Кажется, что в его двадцать четыре года у него гораздо больше мудрости, чем обычно бывает в таком возрасте. Взять тех же старшекурсников в академии — на уме только вечеринки, машины, алкоголь и секс. Редко от кого можно услышать даже нечто похожее на рассуждения Ника. Он сам сказал, что многое переосмыслил после ситуации с близнецом и его девушкой. Пожалуй, стоит прислушаться к его словам. Но я сделаю последнюю попытку сохранить нашу дружбу.

Собрав дома необходимые вещи, рассказываю тёте о том, что случилось с Никитой. Она вздыхает, качает головой, но поддерживает меня во всём. Вот он — человек, который всегда будет на моей стороне, даже если я не права.

На прощание он крепко обнимает, будто провожает на полгода в другой город, и шепчет: