Книга Хирург для дьявола, страница 29 – Кэти Андрес

Я развернулась и пошла к лестнице, чувствуя между лопаток его тяжелый, невыносимо пристальный взгляд.

Только оказавшись в безопасном полумраке коридора на втором этаже, я прислонилась спиной к стене и шумно, прерывисто выдохнула.

«Соберись, Лера, — приказала себе. — Ты здесь только ради пациента. Как только мальчишка поправится — ты свалишь в закат и забудешь этого демона с его неуместными вопросами».

С этой мыслью я толкнула дверь в комнату Дениса.

Мальчишка уже не спал. Он лежал, повернув голову к окну, и бездумно смотрел на падающий снег. Бледный, худой, опутанный проводами и трубками.

Услышав мои шаги, он медленно повернул голову. Его глаза, удивительно светлые и ясные в отличие от черных омутов Сапёра, сфокусировались на мне.

— Привет, ангел-в-грязном-свитере.

— Привет, жертва криминальных разборок, — я подошла к кровати, привычно проверяя показания — Свитер я, кстати, выбросила. Так что теперь я ангел в кашемире. Как самочувствие? По шкале от одного до десяти, где десять — это «хочу станцевать сальсу», а один — «добейте меня лопатой».

Денис слабо хмыкнул, морщась.

— Где-то на троечку. Сальсу не потяну, но лопату пока отложим. Ты... ты ведь меня спасла, да? Брат сказал, что я был почти мертв.

Я посмотрела на этого ребенка. В нем не было той стальной, безжалостной жесткости, которая сочилась из Сапёра. Он был просто мальчишкой, который оказался не в том месте и не с тем родственником.

— Скажем так, мы с твоим братом заключили бартер, — я присела на край кровати. — Я дала тебе свои навыки, а он — свою кровь. У вас с ним, кстати, одинаковая группа. Первая отрицательная. Редкость.

— Да, мы же по отцу братья, — Денис прикрыл глаза. — Руслан... он вообще-то хороший. Просто... сложный.

Я подавилась воздухом.

— Руслан? — переспросила, чувствуя, как имя странно перекатывается на языке. Руслан. Сапёра зовут Руслан. Имя, означающее «лев». Иронично.

— Угу, — кивнул Денис. — Ты его не бойся, Лер. Он только с виду такой страшный. И рычит громко. Но ради своих он кого угодно порвет.

Я усмехнулась, вспоминая, как легко он сегодня утром снял меня со стола, и как быстро разлетелись его бойцы от одного только тихого приказа.

— Я не боюсь твоего брата, Денис, — поправила одеяло на его плечах. — Я вообще мало чего боюсь. Спи давай. Тебе нужно восстанавливаться. Если будешь хорошо себя вести, завтра разрешу выпить немного куриного бульона. А пока — только физраствор и глюкоза в вену.

Денис послушно закрыл глаза. Лекарства всё еще действовали, и он быстро провалился в сон.

Я осталась сидеть на краю кровати, глядя на падающий за окном снег.

Значит Руслан.

Единственное, чему меня по-настоящему научила жизнь — это тому, что бандиты хорошими не бывают.

Никто и никогда.

Можете сколько угодно смотреть криминальные саги про благородных мафиози, которые по воскресеньям ходят в церковь, переводят бабушек через дорогу, а по будням красиво, под классическую музыку, вершат правосудие. Можете романтизировать их кодексы чести, их братство и преданность. Всё это — глянцевая, киношная хрень, придуманная сценаристами, которые в жизни не отмывали кровь с кафеля.

В реальности всё прозаичнее и грязнее.

В реальности криминал — это всегда страх, жадность, сломанные кости, искалеченные судьбы и запах пороха, въевшийся в кожу. И даже если бандит покупает тебе кофемашину или вежливо открывает перед тобой дверь машины — это не делает его хорошим. Это просто значит, что в данный конкретный момент времени ты ему зачем-то нужна. Как только твоя ценность упадет до нуля — он перешагнет через тебя и пойдет дальше.