Книга Хирург для дьявола, страница 28 – Кэти Андрес

— Зачищают остатки людей Сизого. Тех, кто вчера напал на Дениса.

Кусок тоста застрял у меня в горле.

Я медленно прожевала, запила апельсиновым соком и посмотрела на мужчину напротив.

Он говорил о зачистке людей с таким же равнодушием, с каким я говорила бы о выписке рецепта на аспирин. Ни эмоций, ни злорадства, ни сожаления. Просто констатация факта. Боевая задача.

— Понятно. Надеюсь, они справятся без потерь. Мне не очень хочется проводить еще одну операцию на кухонном столе до того, как я допью этот замечательный сок.

Сапёр отложил приборы и откинулся на спинку стула.

— Скажи мне, Лера, — его голос стал тише, опаснее. Он впервые с момента нашей встречи, назвал меня по имени. — У тебя вообще нет инстинкта самосохранения? Или ты просто клиническая идиотка?

Я аккуратно положила вилку на край тарелки и промокнула губы салфеткой.

— Ни то, ни другое. Я хирург, Сапёр. Моя работа — чинить то, что ломается. И я видела вещи, которые ломаются так страшно, что ни одному человеку с оружием и не снилось. Так что, уж извини, но твои пистолеты и суровые взгляды на меня не действуют.

Я наклонилась чуть вперед, опираясь локтями о стол.

— Ты убиваешь людей. Я их спасаю. И сейчас мы с тобой по одну сторону баррикад, потому что жизнь твоего брата зависит от меня. Так что давай оставим эти дешевые понты для твоих конкурентов, а со мной будем общаться как два профессионала. Согласен?

Сапёр смотрел на меня долго.

А затем он сделал то, чего я никак не ожидала. Он отложил приборы, скрестил пальцы рук на столе и, чуть подавшись вперед, тихо, почти интимно спросил:

— Кто ж тебя так поломал, малышка?

Бах.

Бах.

Внешне я не дрогнула. Ни на миллиметр. Моя спина осталась идеально прямой, подбородок — вздернутым, а на губах всё так же блуждала легкая полуулыбка.

А вот внутри...

Что это? Сердце забилось? Да ладно? Я опустила взгляд на свои ладони, лежащие на коленях.

Они внезапно стали влажными.

Дыхание, которое всегда было ровным, как у йога в нирване, вдруг сбилось, участилось, словно я только что пробежала стометровку.

Я машинально, почти не осознавая, что делаю, приложила два пальца к сонной артерии на шее.

Тук-тук-тук-тук.

Сто двадцать ударов в минуту. Как минимум. Тахикардия. Амигдала, которая, как я думала, давно и надежно сдохла, вдруг подала признаки жизни, вбрасывая в кровь лошадиную дозу адреналина. И это был не адреналин азарта, который я ловила у операционного стола.

Это был чистый, первобытный, давно забытый страх.

.Всё это время Сапёр не сводил с меня глаз.

Я медленно убрала руку от шеи, сглотнула пересохшим горлом и с силой вжала ногти в ладони, заставляя физическую боль отрезвить мозг.

— Знаешь, в чем твоя проблема, Сапёр? Ты, наверное, привык, что бабы перед тобой штабелями укладываются от твоей загадочной, трагической ауры. Но я не твоя фанатка.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Мягко говоря, не лезь не в свое дело. Моя психика — это закрытая территория. И если ты попытаешься поковыряться в моих мозгах, я в ответ поковыряюсь в твоих внутренностях. И поверь, я знаю, где находятся самые болезненные нервные узлы.

Отодвинула тарелку с недоеденным завтраком и резко поднялась со стула.

— Спасибо за гостеприимство. Пойду проверю катетер твоего брата. А ты... иди поуправляй миром, или чем ты там обычно занимаешься по вторникам.