Книга Бывшие. Была и будешь моей, страница 96 – Катерина Коротеева

Я хотела закричать.

Закричать так громко, чтобы этот ужас исчез, чтобы это оказалось всего лишь кошмаром.

Я не хочу верить в то, что сейчас слышу!

— Я уже давно… — его голос сорвался, и он сжал челюсти, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями. Сделал короткий, неглубокий вдох и продолжил: — я давно не цепляюсь за жизнь, Лиз. С тех пор, как ты подала на развод, я не жил, а существовал. Я пытался тебя отпустить, не жрать себя изнутри за ошибки, ходил к психологу, а потом… потом судьба снова нас столкнула и всё… — он устало опустил плечи. — Я пропал. Снова.

Он взглянул в камеру, и в этом взгляде было столько боли, столько чувств, что на секунду казалось, он говорит не в пустоту, а прямо со мной.

По моим щекам катились слезы. Градом, без остановки. Они падали на больничную простыню, на руку, на телефон, но я даже не пыталась их смахнуть. Я просто смотрела на него и слушала.

— Я понял, что мои чувства к тебе никуда не делись. Я не смог тебя отпустить. А когда узнал, что ты родила нашего сына, у меня будто крылья за спиной появились.

Горькая улыбка мелькнула на его губах. Тепло, трепет — и тут же острая боль.

— Я был так счастлив. Признаюсь, я мечтал о твоем прощении… мечтал о нашем воссоединении. Но ты меня не приняла. Не простила. И знаешь что? Я это заслужил. Так мне и надо.

Он глубоко вдохнул, провел рукой по лицу.

— Если бы я мог повернуть время назад… Если бы мог исправить ошибки… Но уже поздно. Теперь хотя бы я могу сделать что-то правильно.

Данил на секунду замолчал, будто обдумывал, стоит ли говорить дальше.

— Твоя жизнь продолжится. Ты обязательно встретишь достойного мужчину, который сделает тебя счастливой. Хочешь мое мнение? Дай шанс Оскару. Он нормальный мужик. Надежный. Он тебя любит и никогда не предаст. Не сделает тебе больно, как я.

— Заткнись… — хрипло прошептала я, срываясь в истерику. — Просто заткнись…

Он шумно вдохнул, в глазах блеснуло что-то тёплое, но он тут же моргнул, пряча эмоции.

— Я был ужасным мужем. Прости меня. Сколько бы я ни говорил, что сожалею, что так поступил, всё это для тебя будут всего лишь слова, пустой звук. Возможно, ты и сейчас мне не поверишь, но мое сердце всегда принадлежало тебе. В нём вся моя любовь, всё, что я не успел сказать, всё, что я к тебе чувствовал.

Я прижала руку к груди.

Господи, нет!

Этого не может быть!

— Всё закономерно. Правильно. Пусть теперь оно живет в тебе, потому что я не смогу жить в мире, где нет тебя. Ты нужна нашему сыну больше. Позаботься о Матвее за нас двоих.

В этот момент дверь за его спиной приоткрылась, в кадре появился врач.

— Данил Сергеевич, пора.

Данил кивнул, задержал дыхание, снова посмотрел в камеру.

— Лиз, прошу, прими мое решение. Если всё пойдет по худшему сценарию… Не плачь, не грусти обо мне — я всегда буду с тобой, в тебе. Береги себя. Время не ждет, мне пора… Я буду с тобой до конца. Я люблю тебя.

Он шумно выдохнул, и видео оборвалось.

Я уставилась в экран, глухо всхлипывая. Слезы текли ручьем, губы дрожали, руки не слушались.

Нет! Я не верю, что он добровольно стал моим донором!

Не могу и не хочу в это верить!

Если ему поставили искусственное сердце, значит он жив?

Экран телефона мигнул — четыре процента заряда.

Я судорожно вдохнула. Мне нужно всё выяснить.