Книга Бывшие. Была и будешь моей, страница 98 – Катерина Коротеева

— Я с вами за несколько дней постарел лет на десять, — проворчал он, потирая виски.

Я невольно улыбнулась сквозь слёзы.

В кармане Артура зазвонил телефон. Он взглянул на экран и хмыкнул:

— А вот и он.

Я тут же напряглась.

— Можно я с ним поговорю?

Артур сузил глаза.

— Только без фокусов, поняла? Вообще-то у тебя телефон ещё под запретом.

— Я обещаю… больше не буду волноваться.

Он внимательно посмотрел на меня, вздохнул и протянул трубку.

Я взяла её, чувствуя, как от волнения подрагивали пальцы, и поднесла к уху.

— Алло…

— Лиза? Боже мой, это ты… — его голос был хриплым, чуть сдавленным, но таким родным.

Я закрыла глаза, прижав трубку крепче к уху.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Как будто по мне катком проехались, — усмехнулась я, но тут же болезненно поморщилась. — А ты как?

На том конце провода раздался тихий смешок, но сразу же его перебил приступ кашля.

— Ты не поверишь, — прохрипел Данил, пытаясь отдышаться. — Я так же. Поэтому прекрасно тебя понимаю.

Я улыбнулась сквозь слёзы, сжимая в ладони край одеяла.

— Главное, ты жив.

— И ты тоже, Лиз… Господи, я так боялся…

Голос его сорвался, будто он сдерживал эмоции.

— Дань, не говори так, — прошептала я, чувствуя, как в горле встаёт ком.

— Но это правда. Я…

— Так, хватит! — неожиданно раздался голос Артура.

Я вздрогнула, а в следующее мгновение телефон выдернули у меня из рук.

— Эй! — возмутилась я, но сил сопротивляться у меня не было.

— Дань, у тебя что-то срочное? — строго спросил Артур, прижимая трубку к уху.

Повисла пауза, он слушал внимательно, кивнул.

— Хорошо, я подумаю.

Щелчок. Он нажал отбой.

— Артур! — я гневно посмотрела на него.

Он лишь покачал головой, пряча телефон в карман.

— На сегодня хватит, Лиз. Вам обоим нужно отдохнуть.

Я хотела возразить, но вдруг почувствовала, как по щеке скатывается одинокая слезинка.

Жив.

Он жив.

Этого было достаточно.

— Так, прекращай реветь, — нахмурился Артур, глядя на меня с легким раздражением, в котором угадывалась забота.

— Я не реву, — поспешно возразила я, собравшись смахнуть слезинку.

Но Артур опередил меня — его пальцы мягко коснулись моей щеки, подушечками убирая предательскую влагу. Его прикосновение было легким, почти невесомым, но от этого только сильнее обжигало.

Он посмотрел на меня с прищуром, явно не веря моему протесту.

— Да? А это что? Дождь? — протянул он, демонстрируя мне огромную каплю на пальце.

Затем медленно, с преувеличенной задумчивостью, поднял взгляд к потолку, будто всерьез проверяя источник «осадков». Чуть нахмурился, наигранно подставил ладонь, словно ожидая капель.

Я не выдержала и рассмеялась.

Смех получился тихим, срывающимся, но в этот момент я поняла, что мне действительно стало легче.

Артур наблюдал за мной, и в уголке его рта дрогнула слабая усмешка. Он коротко кивнул, словно подтверждая свое маленькое «достижение».

— Так-то лучше, — удовлетворенно заметил он. — А то устроила тут слезокапство.

Я фыркнула, но спорить не стала.

В палату вошел мужчина зрелого возраста, около пятидесяти пяти лет, с немного поседевшими висками и уверенным, собранным выражением лица. На нем был белый халат, а в руках планшет с медицинскими записями. Его серые глаза внимательно пробежались по мне, прежде чем он перевел взгляд на Артура.