Книга Брат моей подруги, страница 35 – Виктория Вашингтон

— Навязчивой?! — Софи вспыхнула, её щеки залил нездоровый румянец. — Она моя лучшая подруга! Или ты боишься, что я увижу там что-то лишнее? Почему ты так трясешься над этой секретностью?

Она перевела взгляд на меня, и в её глазах я увидела подозрение, которое уже невозможно было затушить. Она искала подтверждение своим страхам. Искала то самое «красное пятно», которое вчера заметила на моей шее.

— Софи, правда... там сейчас не до гостей, — пробормотала я, чувствуя себя последней дрянью. — Давай в другой раз.

Она резко отодвинула стул. Скрежет ножек по паркету прозвучал как выстрел.

— Ясно. Значит, теперь вы оба заодно. Приятно оставаться.

Она вылетела из столовой, не дотронувшись до завтрака. Миссис Дрейк обеспокоенно посмотрела ей вслед, но Даниэль лишь жестко кивнул мне. Его взгляд ясно говорил: «Уходи. Сейчас».

* * *

Машина Даниэля ждала у крыльца. Но когда я вышла, я увидела, что он сам садится на заднее сиденье.

— Я провожу, — коротко бросил он, когда я замялась у открытой двери.

Всю дорогу до моей новой квартиры мы молчали. Я смотрела в окно на проплывающий мимо город, чувствуя себя приговоренной. Даниэль не сводил глаз с документов, но я знала — он контролирует каждый мой вдох. Как только мы вошли в квартиру, он захлопнул дверь и, не снимая пальто, повернулся ко мне.

— Ты должна была отшить её еще за столом, — прошипел он, сокращая расстояние. — Твоя неуверенность кормит её подозрения.

— А как мне себя вести?! — я сорвалась, бросая сумку на пол. — Ты заставил меня лгать ей в лицо! Ты заставил меня предать единственного человека, который меня любил! Ты просто эгоист, Даниэль! Ты боишься, что кто-то будет ближе к ней, чем ты! Тебе нравится этот контроль, нравится ломать нас обоих!

Я бросилась на него, не соображая, что делаю. Ярость, копившаяся с того самого момента, как я подписалась на это, выплеснулась наружу. Я колотила его кулаками по груди, по твердым плечам, впиваясь ногтями в дорогую ткань пиджака.

— Ненавижу тебя! Ненавижу! — я кричала, задыхаясь от собственных слез. — Ты чудовище! Ты просто хочешь владеть всем миром, и Софи для тебя — просто еще одна вещь в твоей коллекции!

Даниэль перехватил мои запястья, вжимая меня в стену. Его лицо было искажено гримасой, которую я никогда раньше не видела. Это был не гнев. Это была агония.

— Замолчи! — рявкнул он, и этот крик, казалось, встряхнул стены. — Ты ничего не знаешь! Ни черта не понимаешь! Ты думаешь, мне нравится быть её тюремщиком? Думаешь, я по своей воле стал для неё богом и дьяволом в одном лице?

— Ты тиран! Ты просто боишься, что она узнает, какой ты на самом деле!

— Она умирает, Элин! — выкрикнул он мне прямо в лицо.

Мир замер. Звуки города за окном исчезли. Я смотрела на него, и мои руки в его хватке обмякли.

— Что?..

Даниэль отпустил меня так резко, что я пошатнулась. Он тяжело оперся руками о стол, его голова была опущена, плечи мелко подрагивали.

— У Софи врожденная деформация сосудов мозга, а не просто слабое сердце, — его голос стал низким, надтреснутым, в нем больше не было стали — только битое стекло. — Аневризма. Три года назад я нашел её на полу в ванной. Клиническая смерть. Врачи вытащили её, но сказали прямо: любая сильная негативная эмоция, любой резкий скачок давления — и сосуд лопнет. Это будет конец. Мгновенный. Мы даже не успеем довезти её до операционной.