Книга Брат моей подруги, страница 25 – Виктория Вашингтон

— Иди, — бросил он, снова возвращаясь к планшету. — Счета за сегодняшний кризис твоей матери я уже оплатил. Считай это авансом за твое послушание. Не заставляй меня жалеть о потраченных деньгах.

Я вышла из машины, чувствуя, как ночной воздух обжигает легкие. Внедорожник сорвался с места, не оставив после себя ничего, кроме запаха выхлопных газов и горького осознания: я для него не просто «вещь». Я — помеха, которую он аккуратно убирает с пути своей сестры, запирая в золотую клетку под названием «благотворительность».

А самое страшное — та малолетняя девочка внутри меня, которая когда-то так мечтала о его внимании, теперь захлебывалась от унижения. Ей хотелось, чтобы он любил её или желал. Но быть для него просто «досадным пунктом в списке дел» оказалось намного больнее даже спустя так много лет после глупой влюбленности.

* * *

Утро наступило слишком быстро. Оно ворвалось в мою квартиру вместе с резким звонком в дверь и серым, бездушным светом осеннего неба. На пороге стояли двое мужчин в одинаковых темных куртках. Они не представились. Они просто вошли, не дожидаясь приглашения, и начали методично упаковывать мою жизнь в картонные коробки.

— Велено забрать необходимое, — бросил один из них, сгребая мои учебники со стола. — Владелец квартиры уже уведомлен о расторжении договора.

— Что? — я замерла с зубной щеткой в руках. — Но у меня оплачено до конца месяца!

Мужчина даже не посмотрел на меня. Он просто продолжал клеить скотч.

— Счета закрыты. Идите к машине, мисс. Мы закончим сами.

Я вышла из своего дома, чувствуя себя преступницей, которую ведут на эшафот. Мой старый район, облупленные стены подъезда, соседская кошка на подобии — всё это стремительно удалялось, пока машина везла меня в сторону медицинского квартала.

Новая квартира находилась в современном жилом комплексе, который смотрел на город холодными зеркальными окнами. Внутри пахло пустотой и дорогим чистящим средством. Белые стены, серая мебель, минимум декора. Это не было домом. Это был стерильный бокс, функциональный и безжизненный, как палата в той самой клинике, где лежала мама.

— Ваши ключи, — один из грузчиков положил связку на пустой кухонный остров из белого мрамора. — Располагайтесь. Продукты в холодильнике.

Дверь захлопнулась. Я осталась одна в этой тишине, которая звенела в ушах. Мои старые коробки смотрелись здесь как грязные пятна на чистом холсте.

Я подошла к окну. Отсюда была видна клиника — всего в пяти минутах ходьбы. Даниэль всё просчитал. Он привязал меня к этому месту, лишив необходимости ездить через весь город, пересекаться с Софи в университете или заходить в наши любимые кофейни. Он буквально вырезал меня из привычной географии.

Мой телефон завибрировал. Сообщение от него.

«Завтра утром курьер привезет документы из деканата. Подпиши и отправь обратно. С этого момента твое обучение — только онлайн. Софи звонить не чаще одного раза в день. Темы разговоров — только бытовые. Не забывай свою роль».

Я швырнула телефон на диван и закрыла лицо руками. Хотелось кричать, но я знала, что стены здесь слишком толстые. Никто не услышит.

Я вспомнила те пять лет, когда я мечтала, чтобы Даниэль хотя бы просто посмотрел в мою сторону. Пять лет я гадала, какой он — человек, который скрывается за этой маской ледяного высокомерия. И вот я здесь. В его мире. Под его абсолютной властью. Но вместо тепла я получила лишь расчетливую жестокость.