Книга Сдавайся снова, Александрова!, страница 46 – Лина Коваль

Вообще, Оля, как заботливая женщина, всегда расписывает целое меню для детей. На два дня, но мы приканчиваем все за один, потому что на меня на этом празднике животе не рассчитано.

Только собираюсь проконтролировать чистку зубов, как в дверь настойчиво стучат.

Оля! - отчего-то радостно представляется мне.

Но за дверью, прижимая к себе бумажный пакет из продуктового, стоит улыбающаяся…

— Алена? - удивленно вскидываю брови.

— Доброе утро! - она окидывает взглядом мой голый торс и штаны, и шагает вперед.

День и Ночь слетают с лестницы и пытаются лаять, но я рявкаю «молчать» и они тут же сбегают обратно на свои лежанки.

— Привет, - пропускаю. - Ты как здесь?

— А я вчера поняла, что тебе с детками одному сложно, и Полинке написала. Она сообщила в пункт охраны поселка номер моей машины и вот… - демонстрирует пакет, из которого приятно пахнет едой. - Приехала тебе в помощь. Буду вас кормить, Илья Владимирович! И ребяток тоже.

— Я не голодный.

— А дети?

— Алена, - к порогу пулей несется Левка.

— И-ко-на… - следом за ним Лешка.

И-ко-на!

Закатываю глаза и отворачиваюсь.

А я - Хуя! В этом мире вообще есть справедливость?

— Мальчишки мои! Как же мамочка ваша по вам соскучилась. А вы чего голые бегаете? Заболеют ведь, Илья! - расстегивает замок на пальто и нетерпеливо дергает плечами. Я помогаю снять и убираю его на вешалку.

— Закаляемся, - отвечаю грубовато.

Алена снова опускает глаза и кивает, а потом, пока я кое-как прибираюсь в гостиной - все-таки гостья приехала, она ведет детей наверх и находит им теплые пижамы. А потом я слышу доносящиеся из кухни голоса. Мягкий женский, и веселые - детские.

Честно - радуюсь и выдыхаю.

— Илья! Телефон, - кричит Алена чуть погодя.

Я подрываюсь и выхватываю у нее из рук мобильный.

— Да, слушаю?

— Дед… привет… - быстро говорит Сол.

Детский голос даже сквозь шум и гам от близнецов кажется обеспокоенным.

— Здравствуй, Соломон. Все в порядке?

Алена бросает на меня внимательный взгляд и поправляет прическу.

— Кто это?

Я качаю головой.

— Не очень…. - хнычет Сол. - А ты сейчас сильно занят? - с заискиванием интересуется.

— Говори, конечно. Какой вопрос… - озираюсь и выхожу из кухни, оставляя за собой идиллию.

Леву и Лешу наконец-то кормят. Да ни чем-нибудь, а сырниками!

— В общем, папа уехал на утреннюю тренировку, а я случайно забыл закрыть кран, когда умывался. Тут вся ванная в воде… Папа меня убьет! - теперь уже плачет.

— Кран не закрыл? Со всеми бывает. Ты чего, бандит? - успокаиваю, натягивая футболку и разыскивая носки.

— Папа будет ругаться. Он всегда сильно ругается, когда я делаю что-то не так. Что мне делать теперь? Я еще и полотенце запачкал.

Черт.

Один носок живет своей жизнью под диваном, второй - как будто сбежал куда за ночь.

— Сейчас подъеду, - обещаю Соломону. - Дом я помню, а вот адрес квартиры скинь.

— Ты не успеешь… Папа скоро вернется.

— Успею. Вытри слезы, попей воды и жди!

— Хорошо, - шмыгает носом. - Я тебе пока какао сделаю. Сам…

— Лучше просто посиди.

— Я умею, - настаивает он. - Ты любишь маршмеллоу?

— Я люблю спать. - говорю, выцепляя носок из корзины с игрушками. - Все, давай.

Накинув куртку, вспоминаю про Лешку и Левку. Прикрываю глаза, чувствуя, что, откровенно говоря, подустал. И как женщины со всем этим справляются? Да еще и в одиночку. Хотел привлечь свою мать к ответственности, она ведь давно на пенсии, но старики нынче пошли независимые. С темы мама быстро съехала.