Книга Сдавайся снова, Александрова!, страница 43 – Лина Коваль

Вряд ли глобально что-то поменялось. Хотя… расставание совершенно точно пошло Оле на пользу. Она выглядит успешной, элегантной, ухаживающей за собой женщиной. Больше тридцати восьми бы не дал. И куда только мужики смотрят?

«Я сегодня ночевал с женщиной любимою, без которой дальше жить просто не могу» - задушевно, но уж очень выебисто поет Трофим, чем сильно раздражает.

Придерживая полы длинной шубки, Оля осматривается по сторонам и задирает острый подбородок, едва я моргаю ей дальним светом.

В прямом взгляде снова негодование и презрение. Пенсионер-то ее, который хрен обоссанный. Сбежал в субботу еще до того, как из квартиры выперли меня, и по сей день (по словам соседа Генки) не появлялся.

Хорошо мы его с Лешиком приложили.

Видимо, все еще весла сушит.

Вместе с брюками.

Выпрыгиваю из «Туарега», закрываю шею воротником и застегиваю кнопки на пуховике.

Холодно, пиздец.

— Доброе утро…

— Здравствуй, Илья.

— Ты как Снегурочка. Такая же прекрасная и ледяная…

На темных, уложенных в высокую прическу волосах красиво искрятся снежинки.

На мое активно-позитивное приветствие реагирует, как и все последние пять дней - пассивно-агрессивно.

— Как это банально! - говорит равнодушно.

Чувствую себя побитым псом.

Ее глаза блестят так, что становится еще морознее.

Даже яйца лютым холодом обдает.

Как у нее так всегда получается?

— Ну что, бандиты, едем? - спрашиваю у пацанов, крепко обнимающих мои колени.

— Едем, дед! - кричит зеленый дракон.

Значит, косноязычный в синем. Ясненько.

— Хоя! - Леша на прощание тепло обнимает свою симпатичную бабушку.

Я, как идиот, завидую трехлетнему внуку, который двух слов связать не может.

Приплыли.

Открываю заднюю дверь и, словно строительным краном, гружу по одному. Братья остаются радостно верещать в теплом салоне, а я поворачиваюсь к Оле и испытываю огромное желание с ней помириться.

Ее румянец на щеках, притягательный образ начальницы и охота разделить с ней двухдневные тяготы - манят.

Да и… твою мать.

Меньше, чем через неделю Новый год.

Артем с Полиной к тому времени точно не вернутся. Мне впервые за долгие годы хочется всей этой мишуры и хлопушек, потому что последние десять лет я особо не запаривался. Просто ставил себе ночное дежурство. Вот и весь праздник.

Моя прошлая смена с детьми прошла в гордом одиночестве.

Как и ее смена, которая заканчивается через минуту.

Пора прекратить этот идиотизм и поговорить.

Или просто потрахаться.

Я за второе.

— Это рюкзаки со сменной одеждой для детского сада, - Оля вытягивает руку.

— Хорошо, - я обхватываю холодные пальцы и… больше не выпускаю.

Она вскидывает на меня удивленный взгляд, но не пытается отнять.

— Отпусти! - говорит слишком слабо.

— Да хрен тебе, Чума!

Взглянув на горящие светом окна Администрации, резко прижимаю к себе хрупкую фигурку и, бросив детские рюкзаки на землю, крепко обнимаю.

Обхватив голову, грею ее лицо в воротнике пуховика. Шею обдает частым дыханием. А еще пахнет - пиздец. Это не духи! Клянусь! Это секс, разлитый по флаконам с распылителем. Секс в чистом виде.

Отклонившись, опьяненный слишком слабой реакцией и тотальной Олиной уязвимостью, беру цель на приоткрытые губы и соединяю их со своим жаждущим поцелуя ртом. Наши языки сталкиваются и закручиваются на резьбу.