Книга Лилии для Эмилии, страница 46 – Екатерина Мордвинцева

Я прочитала сообщение три раза. Сердце забилось быстрее. Лимонные пирожные, которые он учился печь со сто тридцать седьмого раза. Пирожные, которые он связал с моей случайной фразой из десятого класса. Он хотел показать мне. Пригласить в своё пространство — на кухню, где он был королём и магом. Где, по его словам, он чувствовал себя настоящим.

Я ответила: «Ты уверен? Я могу всё испортить».

«Это всего лишь пирожные. И я буду рядом. Приходи».

Я написала «да» и почувствовала, как внутри разливается тепло. Не от предвкушения — от чего-то большего. От понимания, что он открывает мне дверь в свою жизнь не как гостье, а как… кому? Я не знала. Но хотела узнать.

Суббота выдалась солнечной и тёплой — настоящий весенний день, когда хочется скинуть пальто и идти, задрав голову к небу, ловя каждое дуновение ветра. Я долго выбирала, что надеть, и в итоге остановилась на простых джинсах, белой рубашке и удобных кроссовках. На кухню, где придётся стоять у плиты, не нужно платье на каблуках. Нужно что-то, в чём можно двигаться свободно, не боясь испачкаться. Но в последний момент я добавила к образу тонкую цепочку на шею и чуть ярче обычного накрасила губы. Для себя. Или для него.

Ресторан «Весенняя терраса» в этот послеобеденный час выглядел иначе, чем в тот вечер, когда я пришла на свидание. Днём он был не таинственным волшебным садом, а просто красивым местом — светлым, просторным, с панорамными окнами, выходящими на город. Я вошла через главный вход, но Алексей ждал меня не в зале, а у служебной двери, ведущей на кухню.

Он был в поварской форме — белом кителе, чёрных брюках и клетчатых штанах, которые выглядели нелепо и одновременно как-то очень по-своему. На голове — простая белая кепка, из-под которой выбивались тёмные волосы. Я никогда не видела его таким. Не в костюме, не в повседневной одежде, а в униформе, которая говорила: это моя территория, здесь я — мастер.

— Привет, — сказал он, и в его улыбке было что-то мальчишеское, почти смущённое. — Ты пришла.

— Ты сомневался?

— Немного, — признался он. — Думал, передумаешь.

— Не передумала, — я кивнула на его одежду. — Ты серьёзно настроен.

— А ты думала, я буду в смокинге? — он усмехнулся. — На кухне форма. И фартук для тебя приготовил. Иди сюда.

Он провёл меня через служебный коридор в святая святых — ресторанную кухню. Я ожидала увидеть что-то вроде телевизионных шоу: сверкающие поверхности, десятки кастрюль, суету. Но кухня была пуста и тиха, только гудели огромные холодильники да поблёскивали на свету ножи, разложенные на магнитах вдоль стены. Это было просторное, идеально чистое помещение с островом посередине, за которым угадывалось рабочее место шефа. Всё было разложено по своим местам: доски, миски, формы для выпечки, какие-то приспособления, названий которых я не знала.

— Ого, — выдохнула я, оглядываясь.

— Нравится? — он снял с крючка белый фартук и протянул мне.

— Это… твой мир.

— Один из, — он поправил мои волосы, чтобы помочь завязать фартук, и я почувствовала его пальцы на шее. Лёгкое, почти невесомое касание, от которого мурашки побежали по спине. — Сегодня я покажу тебе свой мир.

Я повернулась к нему, чувствуя, как бьётся сердце. Мы стояли очень близко — ближе, чем когда-либо прежде. Его руки опустились на мои плечи, поправляя лямки фартука, и задержались на секунду дольше, чем требовалось. Я смотрела в его глаза — серые, с тёплыми искорками, и видела в них что-то, что заставляло мои колени слабеть.