Книга Жестокий брак по-кавказски, страница 45 – Александра Салиева, Анастасия Пырченкова

Город гудел, как улей. Признаться честно, за шесть лет я уже отвыкла от такой суеты. В пацхе гости были в дозированном количестве, и я больше занималась поставками, с посетителями контактировала постольку-поскольку. Здесь же, несмотря на жару, все куда-то шли, спешили, едва не сталкиваясь друг с другом.

— Как много народа, — с восторгом и удивлением осматривался мой мальчик.

Для него наш поход выглядел настоящим приключением. Для меня — больше побегом.

Я не хотела покупать ничего себе, да ещё на деньги Нияза. Гордость требовала даже не прикасаться к ним. Так что я честно собиралась положить выданные купюры на накопительный счёт Фархата. Но не вышло. Стоило ему узнать о моей задумке, он тут же отобрал у меня сумочку и побежал прочь от банка. Естественно я за ним. Поймала своего шустрика шагов через двадцать, не раньше.

— Фархат, ты что делаешь? — принялась отчитывать хулигана.

Но как начала, так и закончила.

— Папа предвидел, что ты можешь так поступить, поэтому велел проследить за тем, чтобы ты потратила всё на себя, а не меня, — сказал он.

Я чуть не села прямо там, где стояла, попой на горячий тротуар.

— В смысле папа «предвидел»? — переспросила.

Не то чтоб я сама не поняла, но… он же несерьёзно? Зачем бы Ниязу так поступать? В конце концов, у меня есть вещи. Дядюшка Турсун обещал прислать их с Фаридом в самое ближайшее время, когда я позвонила ему перед нашим уходом из дома Караевых.

— Папа сказал, что у меня достаточно одежды в шкафах, а вот у тебя ничего нет. Поэтому я должен проследить, чтобы ты потратила все деньги на себя, а не на меня. И я прослежу! — уверенно и строго заявил сын, поджав губы.

Я вздохнула, чтобы возразить, но так и не возразила. Выдохнула.

— Твой папа слишком много на себя берёт, — сдалась ворчливо.

Не потому что действительно сдалась. Не хотелось сына подводить. Он явно хотел, чтобы папа им гордился, похвалил. Я понимала. Именно поэтому пошла на компромисс.

— Один наряд. Мы купим всего одно платье, — постановила, выпрямляясь и подавая сыну руку.

Сын задумался, нахмурился, но после кивнул.

— Только я сам тебе его выберу, — сообщил важно, протягивая мне мою сумочку.

— Ладно, — не стала и тут спорить, забирая свой единственный аксессуар на выход в свет.

Старенький, но ещё живой. Светлая кожа до сих пор выглядела как новая. Ей и не с чего было портиться. Я очень редко выезжала из пацхи, а потому сумка была скорее на всякий, чем повседневный случай.

А вот вещи мне пришлют все поношенные. Я давно себе ничего нового не покупала. Да и в основном это брючные костюмы. Платьев у меня нет.

Может и правда стоило немного приодеться?

Не ради Нияза. Ради себя.

Пока шли в сторону рынка, я боролась со своей гордостью. А потом Фархат отвлёк.

— Мама, смотри какое красивое!

Обернувшись я наткнулась на витрину с белоснежными нарядами. Свадебными. Лучше бы не смотрела. Сердце кольнула застарелая боль. Я вспомнила, как кружилась в одном из таких нарядов в паре с Ниязом. Счастливая, беззаботная, чувствующая себя настоящей королевой под его полным восхищения взглядом. Тогда мне казалось, что так прекрасно будет всегда. Но реальность оказалась куда страшнее.

В реальности я бы многое отдала, чтобы того дня в моей жизни не случалось. Лучше бы я просто в самом деле, как та же самая кахба, переспала с Ниязом и разошлась, более никогда с ним не встречаясь. И был бы у меня Фархат и никакого разбитого сердца. Даже если бы родители вновь от меня отказались, а я попала в семью дядюшки Турсуна. Отличный был бы расклад. И Нияз бы никогда не узнал в Фархате своего ребёнка, не привёз меня к себе в дом. Женился бы на той же Азре или ещё какой подходящей его матери девице. А я бы жила тихо и счастливо вдали от родного города, радуясь каждому новому дню, управляла пацхой и растила сына.