Книга Развод. Доставлено курьером, страница 90 – Лея Вестова

— Принесите мне список всех контрагентов, — сказала я, и голос звучал почти нормально, почти спокойно. — Всех, с кем мы работали за последний год. И сделайте чаю, пожалуйста. Крепкого.

Она кивнула, вышла. Я осталась одна.

За окном по-прежнему светило солнце, но теперь его свет казался каким-то издевательским: слишком яркий, слишком весёлый для того, что происходило в этом кабинете. Я смотрела на пылинки, танцующие в солнечном луче, и пыталась собрать мысли в кучу, но они разбегались, как испуганные мыши.

Телефон зазвонил, когда Алла Сергеевна принесла обжигающий с лимоном чай, в большой кружке с надписью «Лучший бухгалтер». Кружка осталась от прежних времён, когда здесь сидел Андрей, и эта надпись показалась мне сейчас особенно горькой шуткой.

На экране высветилось: «Марина».

— Ольга, — голос адвоката был напряжённым, без обычной профессиональной мягкости, которую я уже привыкла слышать. — У нас проблема.

Я молча ждала. Проблемы шли сегодня косяком, как рыба на нерест, и я уже почти перестала удивляться.

— Андрей подал иск. Об оспаривании решения собрания участников.

Чашка дрогнула в моих пальцах, чай плеснул на стол. Я машинально схватила салфетку, промокнула лужицу, глядя на расползающееся коричневое пятно.

— На каком основании?

— Утверждает, что не получал уведомления о собрании. Что его лишили права голоса незаконно.

— Но мы же отправляли по адресу регистрации. Он прописан у матери.

— Именно это он и оспаривает. — Марина помолчала, и в этой паузе было что-то тяжёлое. — Говорит, что фактически там не проживает уже несколько лет, что мать пожилая и больная, что мы должны были знать его реальный адрес.

— Это же бред, — сказала я, хотя уже понимала, что бред или не бред — неважно. Важно то, что иск подан, и кто-то должен будет его рассматривать.

— Бред, — согласилась Марина. — Суд, скорее всего, откажет. Но это займёт время. Месяц, полтора — пока назначат заседание, пока рассмотрят.

Месяц. Полтора месяца. «Интерьер Групп», поставщики, клиенты — всё это нужно было решать сейчас, сегодня, а не через полтора месяца.

— Есть ещё кое-что, — голос Марины стал ещё более напряжённым, и я поняла, что сейчас услышу самое плохое. — Андрей отправил копию иска в банк. Они превентивно заморозили счёт.

Мир качнулся. Я вцепилась в край стола, чувствуя, как уходит опора из-под ног, как всё вокруг становится зыбким, ненастоящим.

— Заморозили… весь счёт?

— Весь. До решения суда или до отзыва иска. Стандартная практика, они перестраховываются.

Я закрыла глаза. В темноте под веками плавали цветные пятна, и почему-то вспомнилось, как в детстве я упала с качелей и несколько секунд лежала на земле, не в силах вдохнуть, с пустотой в груди и ужасом в голове. Сейчас было похоже, та же пустота, тот же ужас.

Счёт заморожен. На счету: оборотные средства, деньги на зарплаты, на аренду, на материалы. Зарплаты через неделю. Десять человек, которые ждут денег. У Аллы Сергеевны муж-инвалид. У Серёжи из цеха ипотека. У Наташи-дизайнера двое детей.

— Ольга? — голос Марины донёсся откуда-то издалека. — Вы меня слышите?

— Слышу, — прошептала я. — Что делать?

— Приезжайте ко мне. Сегодня, как сможете. Нам нужно выработать стратегию.

Я положила трубку и долго сидела неподвижно, глядя на солнечный луч, который полз по столу, высвечивая царапины на полировке. Где-то за стеной стучала клавиатура, кто-то из сотрудников работал, не зная ещё, что работать, возможно, скоро будет не на что.