Книга Развод. Доставлено курьером, страница 88 – Лея Вестова

— Алла Сергеевна, — сказала я мягко. — Вам ничего не грозит. Вы просто выполняли свою работу. Аудит это подтвердил. Никаких претензий к вам нет.

Она коротко всхлипнула и полезла в карман за платком.

— Простите. Нервы.

— Я понимаю.

Мы посидели молча. Потом она высморкалась, убрала платок и посмотрела на меня уже спокойнее.

— Что теперь будет с компанией?

— Я буду ею управлять. Сама. — Слова всё ещё звучали странно, но я заставила себя продолжить. — Мне понадобится ваша помощь, Алла Сергеевна. Вы знаете здесь всё, каждую бумажку. Без вас я не справлюсь.

Она выпрямилась, и в её глазах появилось что-то новое. Не страх, не настороженность, что-то похожее на надежду.

— Справитесь, — сказала она твёрдо. — Вы же бухгалтер. Цифры знаете лучше многих.

Я улыбнулась впервые за этот бесконечный день.

— Спасибо.

В банк мы поехали вместе. Алла Сергеевна знала там всех: и операционистку Лену, и начальника отдела Игоря Семёновича, и даже охранника Валеру. Она провела меня через все кабинеты, представила нужным людям, помогла заполнить заявления. Без неё я бы потратила на это целый день, а так управились за два часа.

— Новая карточка подписей будет готова завтра, — сказала операционистка, принимая документы. — Я отправлю смс.

— Спасибо.

Когда мы вышли из банка, уже темнело. Фонари зажигались один за другим, и их свет отражался в лужах на асфальте. Прошёл дождь, я даже не заметила когда.

Домой я вернулась поздно. Лиза уже спала, мама сидела на кухне с чашкой чая.

— Как прошло? — спросила она, когда я села рядом.

— Хорошо. Всё получилось.

Я достала из сумки расписку из налоговой, положила на стол. Мама посмотрела на неё, потом на меня.

— Ты теперь директор?

— Да. Официально через пять дней. Но фактически уже да.

Она протянула руку, накрыла мою ладонь своей.

— Я горжусь тобой, — сказала тихо. — Папа тоже гордится. Он просто не умеет говорить такие вещи.

У меня защипало глаза. Я моргнула, отвернулась.

— Мам, я же ещё ничего не сделала. Только бумажки переоформила.

— Ты сделала главное, — она сжала мою руку. — Ты решилась. Остальное приложится.

Я сидела на кухне ещё долго, после того как мама ушла спать. За окном шумел ветер, раскачивая голые ветки. В соседней комнате посапывала Лиза. Где-то в городе Андрей, наверное, строил планы, как вернуть контроль над компанией, как отомстить, как доказать, что я не справлюсь.

А я смотрела на расписку из налоговой и думала о том, что завтра нужно будет провести собрание с сотрудниками. Познакомиться со всеми заново, уже не как жена директора, а как директор. Разобраться в контрактах, в графиках поставок, в отношениях с клиентами. Сотни мелочей, о которых я не имела понятия ещё несколько недель назад.

Страшно? Да. Но почему-то этот страх уже не парализовал. Он подгонял вперёд, как попутный ветер.

Я убрала расписку в сумку, выключила свет на кухне и пошла спать. Завтра будет длинный день. Завтра начнётся настоящая работа.

Утро началось хорошо, и это должно было меня насторожить.

Лиза проснулась в настроении, сама оделась, и сама съела кашу, не размазывая её по тарелке, как обычно. Мама приготовила мне кофе в термокружке, папа вызвался отвезти Лизу в школу, а за окном светило редкое солнце, почти летнее для ноября, от которого хотелось улыбаться без причины. Я ехала на работу и думала о том, что, может быть, всё налаживается. Может быть, самое страшное уже позади, и теперь начнётся нормальная жизнь: трудная, непривычная, но нормальная.