Книга Развод. Доставлено курьером, страница 92 – Лея Вестова

— Вот аудиторское заключение, — я открыла на нужной странице. — Вот выписка из налоговой о смене директора. Вот протокол собрания участников. Никакого следствия нет. Счёт заморожен не по уголовному делу, а из-за корпоративного спора. Развод.

Он листал документы молча, и я смотрела на его широкие, с коротко остриженными ногтями руки, с обручальным кольцом на безымянном пальце. Женатый. Может, поймёт.

— Андрей говорил другое, — сказал он, не поднимая глаз.

— Андрей говорил то, что ему выгодно.

Теперь он посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом.

— Мы с ним дружим десять лет.

— А я с ним прожила одиннадцать, — ответила я, выдержав этот взгляд. — И родила ему дочь. И думала, что знаю его. Оказалось, что не знала.

Что-то промелькнуло в его глазах, что-то похожее на понимание или, может быть, на узнавание. Может, у него тоже были истории, о которых он предпочитал не рассказывать.

— Месяц, — сказал он, закрывая папку. — Даю вам месяц. Если разберётесь со своими проблемами, продолжим работать. Нет, значит, нет. Ничего личного.

— Спасибо.

— Не за что. — Он встал, одёрнул пиджак. — Я не ради вас. Ваши мебельщики хорошо работают, жалко будет, если пропадут.

Когда он ушёл, я позволила себе выдохнуть впервые за это утро. Один пожар потушен. Временно, на месяц, но потушен.

К Марине я заехала по дороге в банк. Она ждала меня с кофе и папкой документов, разложенных на столе.

— Рассказывайте, — сказала она, едва я села.

Я рассказала про звонки, про «Интерьер Групп», про Дмитрия Павловича. Марина слушала молча, делая пометки в блокноте.

— Месяц — это хорошо, — сказала она, когда я закончила. — За месяц мы успеем разобраться с иском. У него нет шансов, Ольга. Уведомление отправлено по адресу регистрации, есть квитанция, есть опись вложения. То, что он не живёт у матери — его проблемы, не ваши.

— А банк?

Марина откинулась на спинку кресла, побарабанила пальцами по столу.

— С банком сложнее. Они перестраховываются и формально имеют право. Но есть нюанс: заморозка по их инициативе, не по судебному решению. Если из-за этого пострадают работники — это репутационный риск для банка. Давите на это.

— Уже собиралась.

Она коротко и одобрительно улыбнулась.

— Вы быстро учитесь.

Я посмотрела на часы, без двадцати четыре.

— Мне пора. Банк ждёт.

— Идите. И Ольга, — она поймала мой взгляд, — вы отлично справляетесь.

Я кивнула, не доверяя голосу, и вышла…

В банке меня встретил заместитель управляющего — молодой человек в дорогом костюме с таким выражением лица, словно моё присутствие лично оскорбляло его чувство прекрасного. Он говорил правильные слова про «стандартные процедуры» и «необходимость перестраховки», а сам смотрел мимо меня, на часы над дверью.

— Поймите, Ольга Михайловна, — он развёл руками уже, наверное, в пятый раз, — пока идёт судебное разбирательство, мы не можем рисковать.

— Судебного решения о заморозке счёта нет, — сказала я. — Вы заморозили по собственной инициативе.

— Это стандартная…

— На этом счету зарплаты. Через неделю они должны получить деньги. Если не получат, пойдут в трудовую инспекцию. Оттуда к вам. С вопросом, почему банк без судебного решения лишил работников заработка.

Он побледнел. Потом покраснел. Потом встал и вышел, буркнув что-то про «посоветоваться с руководством».