Книга Мы, твои жены и дети, страница 18 – Вера Колочкова

— Не-е-ет. Не верю я в совпадения, Мить. Не верю, – всем корпусом подалась к нему Ася. – Я думаю, это судьба, Мить. Это карма так в именах женщин отображается – Маша, Машенька и Маруся. А только мне до этой кармы никакого дела нет, понимаешь? При чем тут я вообще? И поэтому пусть третья Маруся катится куда подальше! И Маша тоже! Для меня их нет, знать ничего не хочу! Для меня есть только моя мама, и все. И все! И не говори мне ничего больше, ладно?

— Да я и не собирался.

— Конечно, не собирался! Ты столько уже наговорил, что мне на пару бессонных ночей точно хватит!

— Да ты ж сама меня заставила все тебе рассказать! А я ведь не хотел. Я понимал, что ничего хорошего из этого не получится!

— Хорошего? А что могло получиться хорошего, а?

— Ну я думал, ты своего отца лучше поймешь.

— Я его и так понимаю. И люблю. И без всяких этих Марусь люблю. И без сыновей этих Марусь. Понятно тебе?

— Понятно. И давай уже больше не будем об этом. Не могу больше. Нога вон разболелась, мне лечь надо.

— Да, надо. И мне надо. Пойдем спать, Мить. Хватит пустыми разговорами заниматься. Завтра тяжелый рабочий день. Спать, спать!

* * *

На девятый день пришло много народу. И поминали усопшего душевно, слова говорили хорошие. Люся с угощением расстаралась, все было на должном уровне. И дочь Катя ей помогала, была весьма расторопна. Ася сидела, думала отрешенно: хорошо, что решили девятый день дома провести, не в ресторане. Дома как-то душевнее. Да и папа бы одобрил. Он не любитель был по ресторанам ходить, не нравился ему кулинарный пафос.

Да, все на уровне прошло. Только она все время боялась, что увидит среди гостей этих, которых здесь быть не должно, юного нахала этого и мать его, неведомую Марусю. Хотя она наверняка ее видела на похоронах, просто не поняла, кто такая. И зря Митя ее упрекнул в невнимательности, мало ли кто с отцом проститься пришел.

А может, спросить у тети Риты про эту Марусю? Как она выглядит? Может, тетя Рита с ней даже знакома?

Да, надо спросить. Врага лучше знать в лицо. Надо улучить момент, когда все гости разойдутся, и спросить.

Тетя Рита не сразу ответила на ее вопрос. Глянула с недоумением. Впрочем, Асе показалось, что недоумение это было наигранным.

— Не знаю, Ась, какая еще Маруся? Может, ты первую жену Ванечки, Машу, имеешь в виду? Так про нее я тебе рассказывала. Помнишь, как ты в детстве не захотела с ней знакомиться? Она ко мне в гости должна была прийти, а ты убежала?

— Нет. Нет, тетя Рита. Я не про первую папину жену спрашиваю. Как выяснилось, у отца еще и любовница была. Маруся.

— Фу, какое отвратительное слово – любовница.

— Нормальное слово. А как эту женщину еще назвать? Подруга жизни? Тайная жена?

— Да откуда ты вообще все это взяла? Что за странные вопросы, Ась? Я ничего такого не знаю.

— Да знаете, тетя Рита. Все вы прекрасно знаете.

— Откуда?

— Ну вы же близки были с папой. Вы же сестра. Он вас очень любил.

— Да, любил. И я любила Ванечку. Но это не значит, что… Откуда ты это взяла все-таки?

— Да все очень просто, теть Рит. Ко мне приходил сын этой самой Маруси. Григорием назвался. И он на похоронах был, я потом вспомнила. Значит, и мать его была. Вы видели ее на похоронах? Описать можете?

— Нет, я в лица не вглядывалась, не до того было. Маша точно была, рядом со мной все время старалась быть. Поддерживала. Мы ведь с ней дружили тогда, в те годы. И потом тоже общались, после развода.