Книга Развод. Испеку себе любовь, страница 103 – Яна Марс

— Я не позволю ему сломать тебя. Слышишь? Никогда.

Его губы нашли её губы в темноте. Этот поцелуй был не страстным, а каким-то отчаянным, утешающим. Он был полон обещаний и защиты. Аля отвечала ему с той же жадностью, цепляясь за него, как за спасательный круг.

Он поднял её на руки, не разрывая поцелуя, и понёс в спальню. Они упали на кровать, срывая с друг друга одежду. На этот раз в их близости не было ярости, как тогда в лофте. Была какая-то щемящая нежность. Каждое прикосновение, каждый вздох говорили: "Я здесь. Ты не одна".

Когда рассвет начал заливать комнату серым светом, они лежали, переплетённые, под одним одеялом. Голова Али покоилась на его груди, а его пальцы медленно перебирали её волосы.

— Переезжай ко мне, — снова сказал он, но на этот раз его голос был тихим, без давления. — Пожалуйста. Я не вынесу мысли, что ты здесь одна, напуганная.

Аля приподнялась на локте, чтобы посмотреть на него. Его лицо в утренних сумерках было усталым и бесконечно дорогим.

— Я знаю, что это логично, — прошептала она, проводя пальцем по его щеке. — Но это так похоже на бегство. Как будто я сдаюсь.

— Это не бегство. Это перегруппировка сил, — он поймал её руку и прижал к своим губам. — Ты самая сильная женщина, которую я знаю. Но даже сильным нужна крепость, где можно перевести дух. Позволь мне быть твоей крепостью. Хотя бы до суда.

Она закрыла глаза, прислушиваясь к стуку его сердца. Искушение было так велико. Сказать "да". Утонуть в этой безопасности, которую он предлагал.

— Дай мне сегодня подумать, — попросила она, открывая глаза. — Обещаю, к вечеру я приму решение. Но сейчас... сейчас я просто хочу, чтобы ты меня держал.

Артем не стал настаивать. Он просто обнял её крепче, и они лежали так, слушая, как за окном просыпается город. Аля ещё не знала, какое решение примет. Но она знала, что теперь этот выбор она будет делать не из страха, а с ощущением, что за её спиной — не пропасть, а человек, который будет там, что бы она ни решила. И это меняло всё.

Они провели ленивое утро вместе в ее квартире, как в коконе, отгороженном от всего мира. Артём сходил в единственный работающий в такую рань магазин и принёс круассаны и апельсиновый сок. Они завтракали, сидя на полу, прислонившись к дивану, и солнечный луч, пробивавшийся сквозь жалюзи, казался добрым знаком.

Но чем выше поднималось солнце, тем сильнее сжималось сердце Али. Призрачный покой рассвета таял, уступая место суровой реальности. Она наблюдала, как Артём моет посуду на её крошечной кухне — его крупная, уверенная фигура выглядела чужеродно в этом временном пристанище. И она поняла.

— Я не могу переехать к тебе, — тихо сказала она.

Он замер у раковины, но не обернулся. Спина его напряглась.

— Почему? — его голос прозвучал ровно, слишком ровно.

— Потому что если я это сделаю, я никогда не прощу себе этого.

Он медленно вытер руки и повернулся к ней. В его глазах она увидела не гнев, а боль и непонимание.

— Объясни. Пожалуйста.

— Это будет похоже на то, что я сдалась, Артём. Что я не смогла сама и прибежала прятаться за твоей спиной. И наши отношения… они с самого начала будут построены на этом. На моей зависимости от тебя. На ощущении, что я обязана тебе спасением.

Она подошла к нему, готовая к спору, к возражениям.