Книга Двойной подход для Пышки, страница 55 – Tommy Glub

— Хоть завтра, — улыбаюсь я, и на этот раз улыбка широкая, искренняя, счастливая.

Он встает, и я поднимаюсь следом. Снова протягивает руку:

— Тогда добро пожаловать в команду, Анна. Уверен, нам предстоит... — пауза, его глаза темнеют, — очень интересная совместная работа.

Рукопожатие длится дольше необходимого. Значительно дольше. Его большой палец едва заметно — но я чувствую! — поглаживает мою ладонь, прежде чем отпустить. От этого прикосновения по руке бегут мурашки.

— Моя помощница покажет вам офис, познакомит с командой, — говорит он, но глаза говорят совсем другое. — До встречи, Анна. Жду вас завтра в девять.

Я выхожу из кабинета на ватных ногах, но с ощущением, что могу взлететь. Сердце колотится джазовым ритмом, в голове звенит от адреналина.

Это не просто новая работа.

Это новая глава моей жизни. Чистая страница, которую я буду писать сама.

И что-то — интуиция, шестое чувство, или просто химия, искрившая между нами — подсказывает мне, что Владислав станет в этой главе не просто боссом.

Он станет чем-то большим.

И я готова узнать, чем именно.

Утренний свет льется через кухонное окно мягкими медовыми потоками, окрашивая белые стены в теплый кремовый оттенок. Лера колдует у плиты — ее движения привычно-грациозные, отточенные годами совместных завтраков. Сковорода тихо шипит, выдыхая ароматное облако — сыр, свежий базилик, капля оливкового масла. Она напевает что-то из последних хитов, покачивая бедрами в такт невидимому ритму, и время от времени бросает на меня быстрые взгляды через плечо — проверяет, все ли со мной в порядке.

И да, в порядке. Более чем.

Впервые за долгие месяцы я просыпаюсь без привычной тяжести в груди, без того липкого страха, который раньше встречал каждое утро вопросом «а что если сегодня...». Наша новая квартира дышит светом и простором — высокие потолки словно парят над головой, а старый паркет, натертый до медового блеска, приятно теплый под босыми ногами. С балкона доносится едва уловимый аромат герани — Лера перетащила все горшки с прошлой квартиры, бережно, как драгоценности. «Для уюта», — сказала она тогда, отряхивая землю с ладоней, и я поняла, что она создает для меня дом. Настоящий.

— Соня моя проснулась, — ее голос обволакивает теплом. Она ставит передо мной чашку кофе — в моей любимой, с надписью «Но сначала кофе» — и тарелку с омлетом. Идеальным: пышным, золотистым, с хрустящей корочкой по краям. — Ну что, как третий день на новой работе? Босс еще не довел?

— Пока плаваю в информационном океане, — улыбаюсь, обхватывая чашку обеими руками, впитывая ее тепло. — Страшновато немного, столько всего нового... Но знаешь, кажется, у меня получается.

— Еще бы не получалось! — Лера энергично защелкивает серьги, глядя в маленькое зеркальце на дверце холодильника. Ее отражение подмигивает мне. — Я же тебя рекомендовала, между прочим. Моя безупречная репутация на кону!

Мы смеемся — легко, искренне, и этот смех рассыпается по кухне солнечными зайчиками. Ее легкость заразительна, она проникает под кожу, растворяет остатки вчерашних сомнений. Я не спешу доедать завтрак, растягиваю удовольствие, наблюдаю, как солнечные блики танцуют на стеклянных баночках со специями, выстроенных в идеальный ряд. На холодильнике среди магнитов с видами городов красуется ярко-розовое сердечко с запиской «Аня, ты офигенная» — Лерин размашистый почерк, написано фломастером.