Книга Танец с огнем, страница 46 – Весела Костадинова

Дана заставила себя взять еще один кусочек форели. Проглотила. На этот раз вкус дошел до сознания — свежий, нежный, с травяной ноткой. И еще один.

Так же не поднимая глаз от тарелки, иногда позволяла себе сделать пару глотков из бокала.

Яров снова вздохнул.

— Десерт перенесем в мой кабинет, — он подождал, пока она закончит с рыбой. — Тебе чай или кофе?

— Кофе… — едва слышно прошептала женщина, не понимая, чего ожидать дальше.

Он молча кивнул, поднимаясь и протягивая ей руку. Большую, изуродованную ладонь. Только сейчас Дана увидела, что мизинец на правой руке отсутствовал почти полностью — остался лишь маленький, аккуратный обрубок, чуть розоватый, будто кожа там так и не привыкла к отсутствию пальца. Шрамы на ладони складывались в сложный, грубый узор. Тошнота мгновенно подкатила к горлу, но она заставила себя протянуть свою руку: маленькую, холодную — и вложила в его ладонь. Пальцы сомкнулись вокруг ее ладони — не сильно, не грубо, но уверенно, как будто он знал, что она сейчас может упасть или отшатнуться.

Повел ее за собой. Они прошли через холл — длинный, с высоким потолком, потом по коридору, где свет был приглушен, а стены обшиты темным деревом. Дверь в кабинет оказалась тяжелой, дубовой, с резными панелями. Яров толкнул ее плечом, не отпуская руки Даны.

Внутри пахло книгами, кожей, легким дымом. Огонь в камине уже горел — низкий, ровный, с красными углями в глубине. На низком столике у дивана стоял поднос: две чашки кофе, серебряный кофейник, маленькие фарфоровые тарелочки с десертом.

— Садись, — кивнул он на диван, а сам расположился в своем кресле во главе большого стола. Достал из ящика маленькую игрушку — мячик на резинке и подбросил его вверх, поймав обратно.

Дана молча повиновалась.

— Я был в твоем доме, — заметил Яров и кивнул на подарочный пакет, лежавший на диване. — Забрал некоторые вещи. Там кое-что для тебя.

Женщина непонимающе подняла на него глаза.

— Открой, — велел он, выпрямляясь в кресле.

Дрожащими руками она взяла подарок и осторожно заглянула внутрь. Журналы.

«Коммерсант», «Форбс» — это выписывал Марат — первое о чем она подумала, закусив губу. Она тоже читала их, с удовольствием наслаждаясь статьями и интервью.

Но под стопкой «Коммерсанта» и «Форбса» лежали другие издания. «Новая газета» — с ее узнаваемой черно-белой обложкой и крупными заголовками, которые всегда звучали как крик. «Ведомости» — сухие, деловые, но с материалами, которые Марат называл «оппозиционной ерундой». «Независимая газета» — с передовицами, от которых у него когда-то начиналась мигрень. Все свежее: номера за последние два-три месяца. Был там и «National geographic» и еще пара международных журналов.

Она раскладывала их на диване, ощущая странную дрожь в руках, и теперь уже не от страха. Эти издания Марат не выписывал совсем, а значит Яров не мог привезти их из ее дома. Значит... покупал?

Дана подняла голову на своего мучителя. Он довольно улыбался, насмешливо попивая свой кофе.

— Давно ты заглядывала в нормальную прессу? — спросил слегка лениво.

— Давно… — женщина опустила глаза от стыда и горечи.

— Наслаждайся, — услышала ответ. — Посмотри, там внизу еще кое-что есть.

Чувствуя, как пылают щеки, Дана достала последние издания и закрыла глаза. На дне пакета в простой картонной коробке лежал радиоприемник.