Онлайн книга «Чужой бумеранг»
|
Елена Михайловна ушла. Кир проспал до утра. Кошмары, которые мучили его последнее время, сегодня отступили. Он спал спокойно, без боли и сновидений, в теплом доме, убаюканный тиканьем настенных ходиков и ароматом домашнего супа, который всё еще витал в доме… Проснулся он от звяканья посуды. Елена Михайловна что-то делала у плитки, печь радостно гудела. — Что вы… как вы здесь оказались? – Кир спросонья протирал глаза. – Откуда вы здесь? Елена Михайловна обернулась. На ней были темные джинсы и широкий серый свитер. Волосы она подняла в высокий пучок, несколько прядей на шее и у висков выбились, на носу у нее была мука. — Проснулись? Доброе утро! Ваши ключи на столе. — Доброе? – Кир усмехнулся. — Ну а что? Чем оно не доброе? Как вы спали ночью? — Я ночью – спал… — Ну вот, уже хорошо, а говорите, утро у вас недоброе… Идите, я осмотрю вас, и будете завтракать. Кир добрел до умывальника. Пока он умывался, чистил зубы, Елена Михайловна потихоньку его разглядывала. Сейчас он напоминал ей молодого, сильного, но раненого волка. Злого и дикого, которого первая в его жизни ласка и забота заставили перестать кусать руку. Он еще грозно рычит, еще скалится и не доверяет, но уже не кусает, а это победа, это значит, что она сможет ему помочь, сможет вылечить. Она осмотрела Кира, послушала его и очень обрадовалась, так как не услышала ничего подозрительного в его легких. Сделав очередной укол, она дала Киру таблетки, затем положила на тарелку сразу четыре аппетитных румяных сырника, щедро приправив их густой домашней сметаной, и налила в большую кружку ароматный, только что заваренный чай. — Садитесь, Кирилл Александрович, приятного аппетита! — Спасибо! – он сел за стол, взял вилку. Елена Михайловна поразилась, какой маленькой казалась обычная вилка в его большой, сильной руке. — А молока нет? – вдруг как-то по-детски спросил он и посмотрел на Лену чуть снизу. — Н-е-е-т, – ошарашенно протянула Лена. Она смотрела на него во все глаза. Наверное, так же он выглядел в детстве, когда спрашивал: «Мам, а молока нет?» Те же светлые волосы и удивленно-открытый взгляд, который он сейчас же поспешил скрыть, опустив глаза. Словно извиняясь за свой неуместный вопрос, Кир пробубнил… — Просто я очень люблю чай с молоком… вчера вы… А вы будете? – Кир вопросительно взглянул на Лену. — Нет, я сыта. Я уже ухожу, суп в холодильнике, сырников вам еще хватит перекусить днем. Ужин тоже в холодильнике: картошка и котлеты. Я дома приготовила, вам только разогреть… — Зачем вы? Не надо было… — Надо, Кирилл Александрович, надо… Мы же люди, не звери… Я, Кирилл Александрович… — Кирилл, называйте меня просто Кирилл… — Хорошо, а вы меня тогда просто Лена. Жуя сырник, Кир кивнул и, словно в приветствии, поднял чашку с чаем. — Приду вечером, Кирилл. До свидания. — До свидания, Лена… Глава 12. Оказалось – показалось Они как-то неожиданно сблизились, Кирилл и Лена. Кузичи – не Москва. Проводя вечера вместе, в ограниченном пространстве, где делать особо нечего – начали разговаривать. Поначалу ни о чем – о погоде, о деревенских новостях, о школьных делах. Кир, скучая, рассказывал Лене о своих прошлых проектах, о своих амбициях. Однажды, когда он ждал Лену, на пороге появился огромный мужик в засаленной куртке. Сейчас уже Кирилл и не вспомнил бы, зачем он приходил… какой-то бессмысленный пустяк, тогда сильно разозливший его. Ведь Кир еле доплелся до входной двери. Всё тело болело… Это был Александр Тишин, отец Степана Тишина – тот самый вонючий огромный мужик, еле втиснувшийся за парту на собрании. Он тогда сидел в углу, почти сливаясь с обшарпанной стеной. Засаленная кепка надвинута на глаза, редкие пряди волос, небритый подбородок. От него действительно пахло соляркой – резко, навязчиво, так, что Кира передернуло. «Тракторист, наверняка», – пренебрежительно подумал он тогда, отвернувшись… |