Книга Твоё равнодушное чудовище, страница 11 – Бэта Джейн

Я не стал заморачиваться с изысками. Всё было просто, как гвоздь в подошву.

Этап первый: Надежда.

Я создал фейковый аккаунт звукозаписывающего лейбла. «Sonic Depth Records».

Сделал на скорую руку пару сайтов-одностраничников, привёл в порядок историю в соцсетях.

Вечером того же дня Артём получил сообщение: «Здравствуйте, Артём. Наткнулись на ваш демо-трек «Без тебя». Есть сырость, но чувствуется потенциал. Интересует нестандартный звук. Готовы обсудить?»

Он ответил через три минуты. Восторженно, с кучей восклицательных знаков. Мы переписывались час.

Я — скупо, деловито, делая ему комплименты именно по тем слабым местам, за которые он цеплялся («ваш наив — это сила», «эта фальшь в голосе — интересный диссонанс»). Он — выливая душу, рассказывая о мечтах, о неверной девушке, вдохновившей на песни, о своей «непохожести».

Я слушал. Записывал ключевые моменты. Страхи, надежды, якоря.

Этап второй: Испытание.

На следующий день я сказал, что лейбл готов рассмотреть его кандидатуру, но ему нужно пройти «креативное испытание». Нужно за 24 часа написать и записать песню на заданную тему: «Полная пустота. Отсутствие не только любви, но и смысла. Без надежды». Я скинул ему пару нарочито сложных, депрессивных треков якобы наших артистов как референс.

Он согласился, не раздумывая. Радостно. Он писал в течение ночи, присылал отрывки, спрашивал совета. Я отвечал односложно: «Глубже», «Ещё безнадёжнее», «Выверни себя наизнанку».

Он вывернул. Прислал трек в шесть утра. Голос был сорванным, музыка — давящей, текст — откровенным воплем отчаяния. Он писал, что никогда ещё не забирался так глубоко в себя, что это был катарсис. Благодарил меня.

Я слушал этот трек, сидя в своём кресле с чашкой холодного кофе. Да, это был идеальный продукт отчаяния. Чистый, концентрированный сок его боли. Именно то, что мне было нужно.

Этап третий: Обрыв.

В полдень я написал ему. Сухо, без предисловий. «Артём. Коллеги послушали материал. Решили единогласно. Тот самый «интересный диссонанс» и «сырость», на которые мы делали ставку, на поверку оказались просто отсутствием таланта и плохой техникой. Проект «не жизнеспособен». Более того, психологически деструктивен. Сожалеем. Не пишите больше».

Я прикрепил скриншот якобы внутреннего чата лейбла, где его трек разносили в пух и прах, называли «нытьём психа», «мусором» и «позором для индустрии». Я убедился, что он прочитал сообщение. Статус «прочитано» горел уже два часа.

Потом началось... Сначала поток вопросительных сообщений. Потом голосовые — сдавленные, срывающиеся на крик. Потом — тишина.

Я дал ему три часа. Потом нанёс финальный, точечный удар. Создал фейковый аккаунт его бывшей девушки. От её лица пришло сообщение: «Только что услышала твой «шедевр». Боже, Артём! Я думала, ты просто зануда, но ты… болен. Настоятельно советую обратиться к врачу. И, пожалуйста, никогда не выходи на связь. Ты пугаешь».

Я наблюдал за реакцией через его соцсети. Он удалил все свои песни. Выложил чёрный квадрат на аватарку. В статусе появилось: «Всё понял. Виноват».

В чате «Охотников» Леха выложил скриншоты его отчаяния. Был слышен почти физически общий выдох — смесь восхищения и лёгкого ужаса. «Сделано за 36 часов. Без взлома, без слежки. Просто психология. Архитектор, ты безумен», — написал Влад.