Книга Твоё идеальное чудовище, страница 59 – Филиппа Фелье

— Твоя рука, – после его слов мой голос до сих пор дрожит.

Но я всё равно смотрю на его руку, которая всё ещё в крови.

— Её нужно нормально обработать. У меня есть всё, что нужно.

— У меня есть аптечка, – всё тем же тоном с лёгким раздражением говорит он.

— Там все мои вещи, – пытаюсь придумать хоть какое-то оправдание себе и своему порыву.

— Я куплю тебе новые. – В его голосе мелькает нетерпение.

К лицу приливает жар. Я, итак, в новой одежде. Причём полностью, от нижнего белья. В том, что он для меня выбрал. Вся. Целиком.

— Это ближе, чем ехать домой, – говорю я и тут же осекаюсь, – к тебе.

С каких пор я стала думать о его доме, как о… нашем? Своём.

Он хмурится и напрягается. Пальцы стучат по рулю. Медленно. Размеренно. Не нервно, он будто принимает сложное для себя решение.

— Даже если я тебя отвезу, то всё равно заберу обратно.

Я киваю. В знак того, что поняла его мысль. И в знак согласия.

— Я и не собиралась сбегать.

Его указательный палец замирает над кожей руля. Он поворачивается ко мне. Медленно. Смотрит на меня так, будто не верит в то, что я сказала.

— Хорошо. – Он хмурится, но молча вбивает адрес в навигаторе. – Но помни о последствиях, Мышка.

Мы едем в тишине. Каждый в своих мыслях. И мои сейчас только о нём. Чёрт бы побрал этого Кая. Не могу забыть его слова: «я войду в твой дом и в тебя». Они всё крутятся и крутятся в голове. Я ведь… получается, что я согласилась. Сама.

Пальцы на руках подрагивают. И это вовсе не от холода, в салоне тепло. Я сжимаю одну руку другой.

Неужели он и правда… всё случится там? И у меня больше нет выхода?

Кай паркуется. Обходит машину. Снова берёт меня на руки, но я уже и не пытаюсь выйти сама. Я жду. С надеждой и трепетом жду момента, когда почувствую его тепло через ткань пиджака.

Руки сами обхватывают его шею.

Код от подъезда, запасной ключ у консьержки, лифт. Всё как в тумане.

Когда он ставит меня на пол прихожей и закрывает дверь, я замираю.

Что я делаю? Почему?

Привожу в свой дом… в наш с Тимом дом такого опасного человека. И не боюсь оставаться с ним наедине.

Куда подевался мой страх?

И главное, почему мне нравится видеть его здесь?

— Проходи на кухню, – я указываю направление, заскакивая в тапочки. – Я сейчас приду.

Кай ухмыляется. Скрещивает руки на груди и прислоняется к комоду. Демонстративно игнорируя мою просьбу-приглашение. И мне почему-то кажется, что если я попрошу его уйти – он не сделает это. Будто в моём доме теперь новый хозяин – он.

Я трясу головой, отбрасывая дурацкие мысли. Вешаю его пиджак на вешалку в коридоре.

В зале – единственной комнате, нашей общей с Тимом, беру аптечку. И иду в кухню.

Кай следует за мной, осматриваясь вокруг. Как хозяин, а не гость. Его взгляд сканирует пространство. Фиксирует недомытую посуду и брошенные возле стиралки вещи. Фотографию родителей в рамочке над столом. Две оставленные на столе чашки, с недопитым холодным чаем.

Мне вдруг становится стыдно. В его доме идеальная чистота и новая техника. А у меня… у нас. Вот так. Обычный дешёвый быт. Когда тебе некогда красиво складывать вещи. Когда ты торопишься приготовить еду перед работой. Когда ты вырубаешься, как только твоя голова касается подушки после смены.

Руки работают на автомате – достают из аптечки антисептик, пластыри, на всякий случай бинт и даже лупу. Вдруг где-то остался осколок.