Книга Отраженная реальность, страница 136 – Тери Нова

— Я знаю, – словно опровергая мою мысль, отвечает Хайден. Он приседает на корточки и гладит мои волосы так нежно, как может только старший брат, и к черту кровные узы, эта связь гораздо сильнее предрассудков. Словно этим простым и редким движением он пытается защитить меня от всего зла в мире, но уже слишком поздно. – Прости меня, Томми… Позволь спасти ее и тебя тоже.

Я почти усмехаюсь. Я так устал…

— Меня уже не спасти, – поднимаю руку и ввожу команду на своем наручном управляющем устройстве, после чего силовое поле вокруг нас спадает. – Не становись монстром, не дай ему победить.

В моих глазах стоят слезы, как жаль, лицо Хайдена почти невидимо за пеленой, но значит, таково мое наказание – умереть в одиночестве. Подношу устройство к шее и нажимаю на кнопку, запуская под кожу тонкую иголку с мгновенно действующим ядом.

Это правда, что, когда человек умирает, он видит, как жизнь проносится перед глазами, даже если ему кажется, что это несправедливо. Справедливости вообще не существует в мире, где ради спасения близких приходится жертвовать чистотой собственной души. Есть только слепое возмездие и вывернутое наизнанку понятие о доброте.

Я верю, что мой брат – настоящий Каратель, он не герой и не злодей, нечто среднее между тьмой и светом, но такие как Хайден нужны миру, чтобы поддерживать равновесие в нем. Я так горжусь, что он стал частью моей истории, даже если она закончилась моей гибелью. И даже не надейтесь, на этот раз я ушел навсегда, потому что так будет правильней, я исчерпал то немногое светлое, что делало меня человеком. Может быть, в загробном мире не будет невидимых нитей, управляющих моими телом и разумом. Хотя переродиться в камень тоже было бы неплохо, ведь у него совсем нет души, а значит, она не кровоточит.

Одно из обязательных тренировочных заданий для морпехов – задержка дыхания на глубине. В свой первый день в академии я проплыл пятьдесят пять ярдов на одном вдохе, в то время как мой напарник потерял сознание и ударился головой о стенку бассейна, вылетев на следующий день.

Вторым этапом нас заставили стоять на дне бассейна, будучи связанными по рукам и ногам, пока инструктор с аквалангом следил за тем, чтобы никто не двигался. Глубокая психологическая проработка внутренней паники и страхов, которую я снова прошел с блеском. С годами задержка дыхания в стрессовых ситуациях и без потери концентрации стала нормой, а мой личный рекорд вырос до одиннадцати с половиной минут, однако это не предел, ведь, например, простой фокусник Дэвид Блейн сумел продержаться семнадцать минут четыре секунды. Я был готов к тому, что придется улучшить показатели для того, чтобы дать команде «Стикса» сделать свою работу.

Только вот при подготовке никто из нас не учел один фактор. Розмари Дестини Слейд не училась в военной академии, и ей плевать на мои приказы точно так же, как и на свою жизнь, а я понятия не имею, каков ее безвоздушный предел.

Мой пульс подскочил еще до того, как я заметил присутствие Розмари в зале, и уже тогда нужно было сказать Уэйду вытащить ее немедленно. Но я не успел, все произошло слишком быстро, а риск при отступлении от первоначального плана оказался слишком высок. И вот в качестве расплаты за промедление я вынужден наблюдать, как она, стоя на коленях возле клетки, в которой я заперт, борется за остатки кислорода в легких.