Книга Искренне. Безумно. Навсегда, страница 42 – Л. Дж. Шэн

По пути я спросила:

— Вы с Таком еще?..

— Вместе?

— Да.

— Наверное. – Она легонько пожала плечами и распахнула дверь в свою комнату. Ух ты! Роу и тут все переделал. Комната выглядела сказочно. Пастельные тона, покрывала и декоративные подушки. О такой комнате Дилан мечтала, когда мы были подростками. Такую комнату она заслуживала. – Хотя не уверена, Так хочет быть со мной или не хочет умереть от рук моего неуравновешенного братца.

— Твой брат и правда пугает, – согласилась я, с изумлением оглядываясь вокруг. – Но я ни разу не встречала человека, который согласился бы провести остаток жизни с нелюбимым только из страха получить по морде.

— Ты просто ни разу не получала по морде от Роу. Такеру доводилось, и ему не понравилось.

— И ты… наверняка в восторге, – выдавила я улыбку.

Я была в восторге от того, что у нее родится малыш, но не в восторге, что Дилан еще встречается с Такером.

— В том новом доме должны жить я, Так и малыш. – Дилан упала на кровать и с тоской вздохнула. – Дом будет оформлен на маму, чтобы у Такера не возникло корыстных идей после нашей свадьбы. Наверное, Роу хотел, чтобы мы переехали в новый красивый дом и его не мучило чувство вины, когда он снова уедет.

— Вы женитесь? – прошептала я.

Дилан кивнула с несчастным видом:

— Так сделал предложение.

— Оу-у.

— …после того, как Роу чуть не сделал его инвалидом.

— О. Это… мило?

Я стояла, дожидаясь приглашения сесть.

Если бы Так пораскинул своими двумя мозговыми клетками, то понял бы, что Дилан для него слишком хороша. К сожалению, меня одолевали серьезные сомнения в том, что эти две клетки вообще у него были.

— Ты помолвлена! У тебя будет ребенок! И новый дом! – Я радостно вскинула руку, надеясь, что Дилан подхватит мой притворный энтузиазм. – А знаешь мое единственное достижение за эти четыре года? Я выжила, да и то чисто случайно.

— Дело в том… что я сомневаюсь, хочу ли делить с ним этот чудесный дом. Хочу ли вообще разделить с ним все это. Помимо ребенка, разумеется, но тут у меня нет выбора. Мы были вместе четыре года… – Господи Иисусе, четыре года! – Но у него ужасный характер, мозгов как у просроченного пакетика сухофруктов, и мы ни о чем не можем договориться, кроме того, что худший вкус у LaCroix ^[13] – это вишневый. – В комнате повисла гнетущая тишина, а потом Дилан продолжила: – А если я вообще не хочу жить в большом роскошном доме в Стейндропе? Вдруг хочу обосноваться в небольшой классной квартирке в Бостоне? Или снова стать ассистенткой в Гринвиче? – Я даже не знала, что такое было. – Кажется, будто за меня все решили сразу же, как я забеременела. Родные пытаются обо мне заботиться, но на самом деле душат этой заботой.

Дилан лежала на незаправленной кровати и водила руками, безучастно смотря в потолок.

— Такер и правда так плох? – прошептала я.

— Подруга, хуже некуда! У него совсем нет чувства юмора. Перед тем, как он уехал ловить омаров, мы побывали на двадцатичетырехнедельном скрининге, а когда зашли в переполненный лифт, я очень громко спросила у него: «Так когда ты расскажешь о нас своей жене?» И знаешь, что он сделал?

Я поджала губы, пытаясь не рассмеяться. Дилан, как и всегда, была такой чудачкой, что даже я иногда поражалась.

— Надо полагать, описался от смеха?

— Логично ведь, правда? Но нет. Он разозлился и начал на меня орать. Дескать, я незрелая и невыносимая. Вот зачем? – В ее глазах, на тон темнее, чем у Роу, стояли слезы. – Разве не должен человек, которого ты любишь, идеально тебе подходить?