Книга Искренне. Безумно. Навсегда, страница 45 – Л. Дж. Шэн

— Спрашиваю, потому что только ты знала о моем желании получить мерзкий торт, – объяснила я, недоумевая еще сильнее, чем прежде. Если не Дилан, то кто?

— Господи. – Она закатила глаза, а я начала заплетать ее мягкие, как шелк, волосы.

— Что «господи»? – нахмурилась я.

— Господи, Боже… – Она поджала губы, и в ее глазах вспыхнула тревога, словно она сболтнула лишнее.

— Ну же, колись.

— Заткнись, – она захлопнула рот.

— Брось, Дилан…

Она вскочила, схватила красно-розовый кекс и запихала мне в рот. Дилан промахнулась на несколько сантиметров, и кусок попал мне в ухо и волосы. Я громко ахнула. Это было самое настоящее объявление войны.

Я схватила кекс и с неожиданной силой запустила Дилан в лицо. Он попал ей в глаз. У Дилан отвисла челюсть.

— Не может этого быть.

— Может! – Я скрестила на груди руки.

Дилан взяла с моих колен кекс и размазала его по моему лицу. В ответ я запихала ей в рот крошки от кекса и глазури. Вскоре мы швырялись друг в друга кексами и визжали. Я попала ей в щеку, она мне – в волосы. Комната наполнилась заливистым смехом Дилан. Я тоже хохотала, пока не вспомнила, что у нее постельный режим и ей нельзя перевозбуждаться. Тогда я, признавая поражение, подняла руки и тут же оказалась под ней, пытаясь вырваться и сесть.

— Хватит! Тебе лежать надо!

Дилан, которая собиралась запихнуть мне в рот кекс и придушить, рухнула на кровать и застонала:

— Ой, точно, мне нельзя волноваться.

— А почему тебе вообще прописали постельный режим? – Я приподнялась на локтях и уставилась на ее лицо, покрытое глазурью.

— Меня ждет кесарево. Врачи думают, что ребенок родится размером с сенбернара, где-то шести килограммов. Я – ходячая реклама безопасного секса, Пятнышко.

Мы молча смотрели друг на друга. С наших волос и ресниц свисали кусочки кекса. Лицо Дилан покрывало красно-розовое месиво, а мое наверняка выглядело еще хуже. Мы засмеялись, повалившись на кровать. Не знаю даже, почему мы так хохотали, просто нам это было нужно. По разным причинам.

Мне, потому что я скучала по папе – по единственному мужчине в жизни, которого любила. Потому что мой страх перед мужчинами мешал мне осуществить свои мечты – например, подкаст.

Дилан, потому что она встречалась с мужчиной, который ей не нравился, и была на жизненном пути, который не выбирала.

Мы смеялись до упаду, словно завтра не существовало, как вдруг внизу хлопнула дверь. Я услышала голос парня, из-за которого чуть не кончила несколько дней назад, лежа в платье на кухонном полу.

— Где Дилан?

Вот блин!

McMonster: На работе был адский день.

oBITCHuary: Эй, у тебя хотя бы есть работа, хвастун.

McMonster: Ты вроде говорила, что тоже работаешь в пищевойотрасли?

McMonster: Вот черт, ты осталась без работы, да?

oBITCHuary: Спасибо, что напомнил.

McMonster: Всегда рад помочь.

oBITCHuary: Я совсем на мели. И если не найду хоть какую-то работу, меня выселят из квартиры.

McMonster: Уверен, что-то да подвернется.

oBITCHuary: В Стейндропе? В этом захолустье? Вряд ли.

McMonster: Ты должна в себя верить.

oBITCHuary: Почему?

McMonster: Потому что ты – это ты.

«Why Can’t We Be Friends?» – Smash Mouth

— Ну прекрасно, теперь нам придется окурить шалфеем весь дом.

Роу смотрел на меня так, словно я только что выползла из сточной канавы, чтобы высосать из него душу. Рядом с ним стоял его лучший друг Райленд, которого я помнила, как секс-бомбу с сухим чувством юмора. На нем были черные штаны карго, дизайнерские кроссовки и белая футболка с V-образным вырезом. Роу надел серую хенли с темными джинсами и нацепил гримасу человека, который больше всего на свете хотел побывать на моих похоронах.