Книга Чертовски неправильный мужчина, страница 103 – С. Р. Джейн

В его ледяных глазах мелькнул зловещий блеск.

— Ну, раз уж ты завела роман с богачом… теперь от тебя толку гораздо больше, зайчонок.

Я напряглась, холод сковал плечи.

— Тебе лучше уйти. Совсем скоро из здания начнут выходить люди, – сказала я, пытаясь его отпугнуть.

Но он лишь ухмыльнулся – словно знал, что никто не выйдет. Учитывая, кто он такой, вполне возможно, что у него все было предусмотрено.

Он медленно достал телефон и, театрально повернув экран ко мне, показал фотографию.

Я вздрогнула, увидев фотографию. Последний год школы. Один из тех постыдных снимков, которые он заставлял меня делать. Я сидела на стуле. Голая. С раздвинутыми ногами. Крупный план…

Жгучий стыд обжег изнутри. Тогда он приставил нож к груди и пообещал отрезать сосок, если не буду «послушной». У меня не было выбора. Но одно лишь воспоминание об этих фото пробуждало во мне желание поскорее умереть.

А самые свежие кадры он сделал всего полгода назад – на «семейном ужине», куда вынудил меня прийти.

Я старалась держаться подальше от него с тех пор, как сбежала от Карверов. Но этого всегда оказывалось недостаточно.

— Чего ты хочешь? – спросила я тихо, зная, что ничего хорошего не услышу.

— Ежемесячные выплаты, – он довольно улыбнулся. – Ты будешь платить мне каждый месяц. Тогда эти фото останутся только в моем телефоне. Твоему хоккеисту вряд ли понравится, что его девушка – потаскуха?

— Я не потаскуха, – бросила я резко. Он мгновенно нахмурился, разозлившись из-за моего тона, и я невольно отступила.

Майкл медленно разгладил несуществующую складку на рубашке.

— Тогда плати. Пять тысяч – это немного. Вполне справедливо.

Он усмехнулся, прекрасно понимая, что для меня это неподъемная сумма.

— У меня нет таких денег. И взять неоткуда, – выдохнула я.

— Придумай. Или, может, пойдем со мной прямо сейчас? Сделаем новые снимки. Или что-нибудь повеселее.

Он облизнул губы.

Я перевела взгляд на двери театра. Может, кто-то выйдет? Хотя бы услышит мой крик, если он дотронется до меня.

Все шло именно к этому. Я чувствовала каждой клеткой.

Он всегда возбуждался от моих криков. Наверное, именно их ему не хватало.

И тут я вспомнила…

– Зайка, зайчонок, пусти меня в домик, – тянул он в тот день из-за двери. Родителей не было. Уехали на выходные. Я заперлась в комнате, подперла ручку стулом, но понимала – это ненадолго.

Я молчала. Вцепилась в телефон. В прошлый раз я не вызвала полицию. Но сейчас вызову. Если сунется – вызову. Не дам ему снова меня тронуть.

– И волк фыркнул, и дунул, и… – тогда он еще издевался.

Я сидела, дрожа, слезы текли по щекам. Хоть бы кто-нибудь пришел.

Секунды тянулись вечно. Потом – тишина. Он исчез?

Спустя два часа я осторожно подошла к двери. Может, ушел? Я подумала, что успею сходить до кухни и обратно. В туалет уже бегала – в бутылку.

Повернула ручку. Тихо. Быстро. И назад.

Открыла дверь, выглянула. Пусто.

Значит, точно ушел.

Сделала шаг.

– Привет, зайчонок.

Он коснулся плеча, возвращая меня из прошлого прямо в новый кошмар. Паника захлестнула с головой.

— Ну что, Ана, как решим? – хищно поинтересовался он.

— Отвали, – выдохнула я, вскинув телефон. – Еще шаг – и я вызываю полицию.

Он криво усмехнулся:

— Новый телефончик, да? Все такая же. Используешь мужиков так, как тебе вздумается. Но хоккеист тебе не пара. Сбежит, как только узнает, кто ты. А я – единственный, кто принимает тебя настоящую.