Книга Аркадия, страница 85 – Эрин Дум

Эта девчонка стала ударом в самое сердце, молнией среди ясного неба, от нее я не мог укрыться.

Я бережно хранил память о Коралин, но с появлением в моей жизни Миреи ощущал себя потерянным, сбитым с толку. Меня мучило чувство вины. Я перестал понимать самого себя. Пытался убедить себя, что тянулся к Мирее только потому, что она напоминала мне Коралин, что дело всего лишь в их сходстве. Но это чушь, полная чушь. Мирея никогда не была заменой или чужой тенью. Ворвалась в мою душу, засела в мыслях, и я никак не мог от нее избавиться. Она и правда ураган, чего я так и не смог это принять.

Теплое дыхание щекотало мне шею. Я прижималась к сильному и горячему телу, растворяясь в этом блаженстве. Зарывшись в одеяло, пропитанное его запахом, я умиротворенно вздохнула. С ним я чувствовала себя в безопасности как за каменной стеной.

Его ладонь скользнула по моему обнаженному боку. Андрас замер на мгновение, потом, словно спохватившись, провел рукой по голому животу. И наконец, все осторожнее, ниже – к границе, очерченной тонкой тканью.

— Это что за долбаная шутка?

Андрас приподнялся на локте и резким движением отбросил одеяло.

— Ммм… – промычала я сонно.

— Черт!

Он вскочил и отошел от меня. В растерянности я нехотя приподнялась и села в кровати, посмотрела на него сквозь полуприкрытые веки и потерла глаза.

— Что случилось?

Андрас окинул мой наряд яростным взглядом, ноздри его гневно раздувались. Накануне вечером я надела колготки под джинсы, потому что на улице было очень холодно, но Андрас грел как печка, и посреди ночи мне пришлось снять джинсы и шерстяной свитер, чтобы не запариться. Я осталась в колготках и короткой белой майке, и каждое прикосновение к его коже было для меня настоящим восторгом.

— А потом говорят, что это я мудак, – пробормотал он себе под нос. – Это я‐то? Я…

Ну как им не залюбоваться! С растрепанными волосами и теплой чувственной улыбкой он неотразим. Голос спросонья охрипший. Под мятой футболкой проступали кубики пресса, и я невольно глубоко и протяжно вздохнула. Провести рядом всю ночь просто прекрасно. Почему мы должны прекратить это?

— Не понимаю, почему ты все время такой нерв…

Вдруг на меня что‐то накинули и натянули через голову. Расправив плечи, выплевывая попавшие в рот волосы, я вынырнула из‐под ткани, как гриб после дождя. Андрас самодовольно улыбнулся, а я посмотрела вниз.

— Так‐то лучше.

На мне оказалась черная толстовка. Спереди красовались белые буквы: «Доброе утро, и пошли все на хер». Сзади – рисунок: голова полосатого кота, оскалившего клыки и навострившего уши.

Толстовка была новой, с этикеткой. Хоть она и оказалась мне велика, но по посадке было видно, что это женская модель. Он… купил ее для меня?

— Тебе очень идет, – заметил он, глядя на надпись.

Но улыбка мгновенно исчезла с его лица, когда он увидел, что я ползу к нему на четвереньках, он смотрел на мои ноги, потом перевел взгляд на бедра и грудь, колыхавшуюся под толстовкой.

— Ты купил ее для меня?

Андрас уставился на мои губы, на маленькую родинку, которая приходила в движение всякий раз, когда я говорила со странным выражением лица. На шее вздулась вена, мне показалось, будто он с трудом дышит. Что на него нашло?