Книга Аркадия, страница 135 – Эрин Дум

— Андрас…

Я едва не обмочился от неожиданности. Сжал бумаги, резко обернулся и с ужасом обнаружил хрупкую фигурку с длинными черными волосами.

Мирея! Она стояла, уставившись в пол, с мрачным выражением лица, казалось, ей хотелось быть как можно дальше отсюда.

О господи! У меня словно земля ушла из‐под ног. Я разглядывал ее так, будто видел впервые, жадно запоминая каждую черту, даже самые незначительные детали: прядку у виска, изящный изгиб носа, верхнюю губу, казавшуюся еще полнее, когда она хмурилась так, как сейчас.

— Чего надо? – настороженно спросил я.

— Мне нужно с тобой поговорить.

— Нет.

Мой ответ обидел ее, она надулась, а я мгновенно оценил возможные пути отступления. Лестница казалась лучшим вариантом. Альтернатива – выбить окно и выпрыгнуть на улицу, но как, черт возьми, я потом объясню это Зоре?

— Это важно, иначе бы я не пришла, – произнесла она, приближаясь.

Я напрягся и судорожно прикинул, сколько шагов ей осталось, чтобы преодолеть расстояние между нами.

— Послушай, мне нужно сказать тебе кое‐что.

— А нельзя сделать это внизу? Там, где все остальные? – прорычал я, как зверь, загнанный в угол.

Я вел себя ужасно, но я не готов столкнуться с ней сейчас.

— Лучше не надо. Кто‐нибудь может услышать.

Господи!

— Слушай, у меня сейчас нет времени. Поговорим в другой раз!

Я предпринял отчаянную попытку пройти к двери, но она преградила путь, быстрая, как антилопа.

— Это займет всего минуту.

— У меня дела! – взорвался я на грани истерики. – Уйди с дороги!

— Только после того как выслушаешь то, что я хочу сказать.

Я почувствовал себя одним из тех сопливых пацанов, которые теряются, если рядом девчонка в мини‐юбке. Но Мирея… Мирея не понимала. Никто не понял бы.

Что мне делать? Как ей это объяснить? Она украла мое сердце, когда мне было всего десять. Свела с ума одной улыбкой, в этом не было никакой логики или другой причины, черт возьми. И именно тогда я понял, что со мной что‐то не так, что у меня не все в порядке, потому что незнакомка не может оставить след в душе, как ожог от сигареты на коже.

А я сходил с ума, потому что только сейчас понял: это не она была похожа на Коралин – Коралин была похожа на нее.

Все это время я…

— Что ты делаешь? Перестань уже бегать от меня! – огрызнулась она, заметив, что я попятился.

И, чтобы не смотреть на ее губы, я уставился на ее лоб и грубо ответил:

— Я не глухой. Слышу тебя и отсюда.

— Я не двинула тебе только потому, что боюсь, тебе это может понравиться. Сегодня ты еще более не в духе, чем обычно.

— Это ты загнала меня в ловушку, когда я совсем один. Засела тут в темноте, решила напугать до инфаркта, встала у меня на пути и теперь еще не даешь вернуться к работе!

— Ловушку? Ты в своем уме? Ты два метра сплошных мускулов и тестостерона! – возмутилась она. – И перестань таращиться на мой лоб!

Почему, черт возьми, я отказался от побега через окно? Мирея шумно вздохнула и посмотрела на меня, как на полного идиота.

— Слушай, я пришла не ругаться. Хочу, чтобы ты кое‐что знал. Это не мое дело, но считаю, что должна рассказать, даже если ты подумаешь, что я дура. Речь о том, что произошло на днях. А дальше уже решай сам, что делать. Меня это не касается.

Потом она подалась вперед и заговорила. Я застыл, уставившись на ее губы, на то, как они медленно двигались, и почти не слушал, о чем она рассказывает.