Книга Графиня Фортескью - жена фермера, страница 37 – Эва Гринерс

Мой взгляд выхватил несколько конвертов, адресованных Эйлин сюда, в Хилл-Кантри. Те самые письма. Он забрал их у меня тогда, в тот день, когда пришёл “сопровождать” меня на ужин. Я отодвинула их в сторону, подальше от себя. Сейчас не до этого. Мне нужен Себастьян. Да и какое в сущности мне дело до этих писем… Это прошлое Эйлин, меня оно никак не касалось.

И я принялась рассматривать остальные письма. Это была переписка Оливера Брауна. Десятка полтора ответов от его многочисленных родственников и знакомых, к которым он обращался с вопросами о сыне.

Большинство из них были однотипными, отрезающими всякую надежду:

«...нет, Оливер, Себастьян у нас не появлялся. И вестей от него не было. Надеюсь, ты найдешь его…»

«...ничего не слышали о Себастьяне. Пусть Бог благословит его путь…»

«...давно не виделись. Может, он подался на Запад? Слышал, там много возможностей…»

Я перебирала их одно за другим, мои пальцы чувствовали мятую, потрепанную бумагу, а глаза вглядывались в каждый завиток чернил. И вот, почти в самом конце стопки, моё внимание привлекло письмо от некой Бесс Томпсон, проживающей в небольшом городке Сан-Маркос. Почерк был размашистым, а буквы угловатыми. Как будто выдавали раздраженный тон его обладательницы.

— Сан-Маркос… - протянула я вслух, раскрывая конверт. Меня этот почерк зацепил чем-то, возможно говорила интуиция, а может потому, что письмо было последним из найденных служанкой.

Салли, которая сидела рядом, внимательно наблюдая за моим лицом, вдруг встрепенулась.

— Сан-Маркос! Конечно! - воскликнула она, почти шёпотом, но с такой силой, что я вздрогнула. - Это же там живет сестра миссис Браун, матери Себастьяна. Его тётя Бесс! Она же его и крестная мать, я и забыла совсем. Помню, как мисс Эмма говорила о ней, что эта сестра Бесс очень набожная католичка, и они всегда поддерживали связь. Сюда она почему-то не приезжала никогда. Может, из-за мистера Брауна… Если Себастьян и мог к кому-то обратиться, то к ней - точно.

Моё сердце забилось чаще. Вот оно! Ключ. Если Себастьян действительно подался к своей крестной матери, сестре его покойной матери, то это объясняет, почему Оливер Браун не смог его найти. Тётка могла просто не выдать нахождение любимого племянника у себя.

— Ты уверена, Салли? - спросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Абсолютно, мисс Эйлин, - твердо ответила она. - Мисс Эмма говорила, что Бесс всегда была для Себастьяна как вторая мать. И к тому же, его тетя Бесс - она не просто набожная прихожанка. Она очень уважаемая женщина в католической общине, духовная наставница многих, и её слово имеет большой вес. Эмма очень гордилась сестрой, говорила, что она посланница архангела Михаила - такая же суровая, но справедливая. А о себе говорила: я, мол, грешница. Святая у нас в семье только Бесс.

Это объясняло многое. В письме тетя Бесс писала, чтобы Оливер Браун перестал посылать к ней людей, что Себастьяна у неё нет и не было. Однако интонация письма, его почти раздраженная твердость, выдавала нечто большее. Возможно, она хотела защитить Сэба от отца, зная характер Оливера. И вот эта её значимость в церковных кругах могла быть тем самым щитом, который не позволил Оливеру Брауну просто так ворваться к ней и силой забрать сына. Он, будучи сам верующим человеком, пусть и по-своему, наверняка не хотел идти на открытый конфликт с таким уважаемым человеком в приходе.