Книга Адепты обмену и возврату не подлежат, страница 67 – Надежда Мамаева

Карен так тщательно собиралась перед выходом из общежития, что промелькнула мысль: а она в академию замуж или все же по делу пришла?

Наконец она покинула комнату. Дышать сразу стало как-то свободнее, что ли. Впрочем, насладиться этим ощущением мне не дали. Почти сразу же за мной пришли. Время ареста истекло, и с меня наконец-то сняли браслеты.

Правда, незнакомый магистр, который их размыкал, смотрел на меня так, что, будь его воля, он оставил бы меня в кандалах на всю жизнь. Да и адептка с боевого факультета, конвоировавшая меня от дверей комнаты до кабинета преподавателя, так выразительно косилась, словно я была ведьмой, которая навела с сотню смертельных порч и ни с одной не получила отката.

Я не придала этому особого значения. Потому что светлым темных положено ненавидеть просто потому, что мы темные. В этом я уже успела убедиться.

Лишь обрадовалась тому, что моя магия снова со мной. Вот только когда попробовала прикоснуться к дару… Эмоции у адептки, сопровождавшей меня, оказались слишком сильными, густыми. Она явно сдерживалась, чтобы не сказать, а может, даже не сделать чего-то. Будто испытывала ко мне личную неприязнь. Чужая злость с привкусом пережаренного крепкого кофе взбодрила не хуже ушата холодной воды. Пришлось даже ставить пси-щиты, чтобы отгородиться от этой волны.

Преподаватель был гораздо сдержаннее, но и от него в мой адрес исходили волны негатива.

— Вы свободны, адептка Даркнайтс, – отчеканил магистр, после чего отпустил меня.

Я же направилась в общежитие. Занятия сегодня начинались с одиннадцатым ударом колокола. И у меня оставалось немного времени. И раз уж я теперь была не заперта в четырех стенах, решила помыться в душе. А то обтирания обтираниями, а алхимический пеногасящий раствор – та еще ядреная штука, от которой все утро зудела голова. Потому я подхватила полотенце, сменную одежду и поспешила в душ.

Теплые струи били по плечам, стекали по спине, рисуя причудливые дорожки змей-узоров. А я стояла, запрокинув голову навстречу водному потоку, и блаженствовала. Правда, недолго. Все же время поджимало. Потому с сожалением закрутила вентиль. Вытерлась, переоделась и, опустив голову вниз, обернула волосы полотенцем, чтобы не ошпариться паром, а потом прочла заклинание сушки.

В этот момент за спиной в раздевалке скрипнула дверь, впуская в душевую азартно переговаривавшихся адепток.

— Слыхали: этих двоих темных с утра арестовали? – произнес девичий голос. И пусть он был звонким и молодым, я уже чувствовала в нем нотки, что так характерны для профессиональных сплетниц.

— Ага, – гнусаво отозвалась вторая. – Жаль, что только в карцер посадили. Как по мне, за такое сразу на костер.

— Думаете, это они… Олава? – осторожно уточнила третья. И тут они замолкли, узрев вопросительную руну в моем исполнении.

— Матильда, ты, что ли? – протянула гнусавая.

Судя по всему, вопрос был адресован мне. Точнее, моей пятой точке, по которой меня ошибочно и приняли за загадочную Матильду.

Я решила, что гордо вскинуть голову и показать светлым свои рыжины (а заодно доказать, что с идентификацией у них не ахти) я всегда успею. А вот узнать, за что арестовали некроманта с чернокнижником, – не факт. Потому лишь невнятно угукнула, поплотнее замотала волосы в полотенце и пассом сотворила на лицо легкий морок по принципу: главное, чтобы на себя не была похожа. И лишь потом распрямилась и аккуратно, бочком, так, чтобы адептки не смогли хорошенько рассмотреть меня, пошла к раковине для умывания. К той, напротив которой не было зеркала.