Книга Медвежье сердце, страница 48 – Елена Михалёва

На широкой столешнице чего только не было: от лаванды, которую Евания так любила, до пышных белых метелок, похожих на рожь. При этом многие цветы выглядели весьма свежими, несмотря на то что были засушены.

— Значит, придет ближе к утру, ляжет спать и проспит до обеда, – спокойно резюмировала женщина, продолжая обрезать особо длинные стебли. – Вы отнесли ему ужин?

— Да, Керика распорядилась.

— Хорошо.

С минуту Иврос просто наблюдал за тем, как работают ее тонкие пальцы. Как с мягким шелестом веточки складываются словно сами собой. Как ловко сочетаются цветы и травы. Оторваться от этого зрелища было очень сложно.

— Что сказал Император? – Евания задала вопрос мягко и вкрадчиво, не поднимая глаз от работы.

— Велел, чтобы завтра я пришел один для разговора, – спокойно ответил импери.

— Хорошо, – вновь повторила женщина.

Она отложила в сторону веточку с белыми комочками хлопка и, наконец, посмотрела на Ивроса. От внимательного взгляда ее лиловых глаз у него мурашки побежали по спине.

— Иди наверх, – она говорила спокойно, но тон не допускал возражений. – Переоденься и отдохни. Я закрою лавку и позову тебя к ужину. Думаю, Иврос, сегодня наиболее подходящий момент для нас побеседовать по душам.

* * *

Он надел самые чистые штаны и рубаху. Накинул сверху жилет из зеленого сукна, который примерял лишь летом в праздничные дни. Придирчиво оглядел себя в отражении зеркала, торопливо расчесал волосы расческой Гвин, которая так и лежала на комоде, и спустился к ужину, когда хозяйка дома позвала его. По пути импери размышлял о том, что даже собираясь во дворец Императора, он так не волновался. Теперь он желал произвести предельно хорошее впечатление, по возможности.

Но с толикой отчаяния Ив понимал, что колдуну с древней кровью завоевать уважение окулус будет весьма непросто. Наверное, оттого Иврос и удивился со всей искренностью, когда увидел накрытый стол, возле которого суетилась госпожа Гарана. На ней было то же темно-вишневое платье с кружевной отделкой, в котором она работала в лавке. Вот только свои густые волосы женщина заплела в косу, красиво уложила на голове и закрепила гребнем.

Ночь сгустилась за окнами и заползла в дом длинными чернильными тенями, но эти тени были теплы благодаря многочисленным свечам, которые горели в столовой. Уют сего дома не просто располагал к себе – он вызывал острое желание звать жилище семьи Гарана словом «Дом» с большой буквы. Конечно же, благодаря его умелой хозяйке.

Евания запекла свиные ребрышки с медом и горчицей. Аккуратные дугообразные кусочки возлежали на большом белом блюде в центре стола, над их блестящей поверхностью поднимался ароматный пар. Возле ребер в маленькой кастрюльке прятался картофель с маслом, а с ним по соседству в глубокой тарелке красовалась горка тушеной капусты с морковью и травами. В корзиночке на ажурных салфетках были стопкой сложены золотистые лепешки, а чуть в стороне ожидал своего часа десерт: теплые груши, томленые с медом и корицей. Довершал картину штоф с рубиново-красным вином.

Пахло так, что можно было проглотить язык.

— Уж и не знаю теперь, чего ожидать от нашего разговора: смертного приговора или дружеской идиллии, – выдал Иврос первое, что пришло в голову.

Потому что, на его взгляд, просто так, ради одной лишь трапезы накрывать стол никто не потрудится.