Книга Лена в гареме у дракона или дракон у Лены, страница 60 – Ольга Барыкина

— Ваше Величество?

Рядом бесшумно материализовался Кайрен. Начальник охраны выглядел как человек, который видел слишком много и теперь пьёт по ночам успокаивающий чай литрами.

— Что происходит с дворцом? — спросил Люциус.

Кайрен подумал. Подумал ещё раз. Вздохнул с многозначительностью человека, смирившегося с хаосом.

— Если честно, мне кажется, госпожа Лена случайно провела социальную реформу. Не планируя. Просто разозлившись на неправильные отчёты.

— Каким образом?

— Сначала она начала разбираться с расходами. Министры испугались. Потом она заставила их работать — они испугались ещё сильнее. Потом гарем перестал воевать между собой, потому что госпожа Лена сказала, что если они не найдут себе более продуктивное занятие, то пойдут пересчитывать королевскую казну. Теперь люди впервые за много лет не боятся лишний раз говорить.

Из сада донеслось:

— Нет, ты не можешь запереть стражника в чулане только потому, что он не расслышал твоё имя с первого раза!

— Он сказал «какая-то там девушка»!

— И что? Он хотя бы не сказал «эта»!

Кайрен кашлянул.

— Хотя некоторые проблемы… остаются.

Люциус неожиданно усмехнулся. Коротко, почти незаметно, но Кайрен заметил и мысленно поставил галочку в графе «конец света приближается».

Однако самым интересным были вечера.

Потому что Люциус начал их ждать.

Каждый вечер Лена врывалась в его кабинет. Иногда с бумагами. Иногда с жалобами. Иногда просто потому, что ей хотелось на кого-то возмущённо кричать, а министры уже кончились — временно, до завтрашнего утра.

Сегодня она ворвалась без стука с такой силой, что дверь едва не слетела с петель.

— У меня вопрос.

— Опасный тон, — заметил Люциус, не поднимая головы от документов.

— Почему у вашей армии четыре склада, забитых коврами ручной работы?!

— Это противоскользящее покрытие.

— На поле боя?!

— Солдаты не должны падать. Травматизм снижает боеспособность.

Лена закрыла глаза. Сделала глубокий вдох. Люциус заметил, что у неё дёргается бровь — верный признак того, что сейчас кто-то получит по полной программе.

— Иногда мне кажется, что ваша Империя держится исключительно на коллективном безумии, — наконец выдала она.

— И страхе.

— Нет, страх тут уже не помогает. Страх прошёл стадию «ой» и перешёл в стадию «да гори оно всё огнём».

Она начала ходить по кабинету, размахивая бумагами, как знаменем революции. Люциус наблюдал за ней почти с научным интересом: Лена никогда не сидела спокойно, когда злилась. Она ходила кругами, как тигр в клетке, и смотрела на отчёты так, будто те оскорбили её лично, а потом ещё и плюнули в чай.

— Почему расходы на праздничные павильоны больше, чем на лечебницы?!

— Люди любят праздники.

— Люди любят жить, между прочим! Это более популярное развлечение!

— Спорный вопрос. Я видел придворных.

Она не выдержала.

Рассмеялась. Тихо, устало, но совершенно искренне — тем смехом, который невозможно подделать.

И Люциус вдруг поймал себя на том, что его губы тоже растягиваются в улыбку.

Он тут же попытался её спрятать. Безуспешно.

Лена заметила мгновенно.

— Ты сейчас улыбнулся.

— Нет.

— Я видела. Своими глазами. Обоими.

— Вам показалось.

— Дракон, я смотрела прямо на твоё лицо. Оно совершило движение. Нечеловеческое.

— Это была случайная мышечная реакция. Ничего общего с эмоциями.