Книга Ледяной дракон. Её истинный защитник, страница 15 – Светлана Алексеева

— А кто еще? — нервно усмехнувшись, произнесла королева. — Ты единственная из прислуги, кому он позволял заходить в свои покои, приносить ужин, напитки.

Она склонила голову набок, разглядывая меня, как грязное пятно на полу.

— А может, — протянула она, наполняя свой голос злобой, — ты и постель ему грела?

Эти слова ударили сильнее пощечины.

Я услышала, как в зале кто-то резко вдохнул, и почувствовала взгляд принца. Он смотрел на меня не обвинением, а ошеломленно, словно сам не верил в то, что услышал.

Слезы хлынули сами, без разрешения.

— Нет, Ваше Величество! Как вы можете…

Я покачала головой, слезы застилали глаза.

— Он был мне как отец, — вырвалось у меня. — Как отец!

Я прижала ладони к груди, будто могла удержать там разрывающую боль.

— Как вы можете говорить такое?

Королева отвернулась, словно мои слова были недостойны ее слуха.

— Довольно этого представления, — бросила она сухо и взмахнула рукой. — Привести сюда свидетелей.

Аврора

Какие еще свидетели?

Мысль билась в голове, как пойманная птица.

Откуда им взяться? О чем они будут говорить?

Разве мало мне уже унижения, боли, лжи, которая липнет ко мне, как грязь?

Двери тронного зала снова распахнулись, и меня накрыла волна ужаса.

В зал ввели служанок, я узнала их сразу. Тех, с кем делила хлеб и усталость, с кем смеялась вечерами, когда ноги гудели после долгого дня, с кем сидела у очага, слушая рассказы Марты.

Марта шла первой в черном платье, в накинутом второпях плаще, с потухшими глазами. За ней плелась Ирена, прачка, с которой мы часто болтали у колодца. Фиалка, младшая служанка из западного крыла, всегда робкая и всегда тихая. И еще двое: знакомые лица, с которыми мы вместе выросли во дворце. Лили среди них не было.

Слава богам! - мелькнула мысль, и внутри тут же стало еще больнее.

— Говорите, — холодно приказала королева и вернулась на свое место. — Все, что знаете.

Марта первой сделала шаг вперед, она не смотрела на меня.

— Аврора часто, — начала она дрожащим голосом, — оставалась с королем дольше положенного, шушукалась с ним, говорила не как служанка, а…, — Марта запнулась, — а как равная.

Каждое слово резало меня на живую.

— Это неправда! — вырвалось у меня. — Я…

— Она бывала в его кабинете, — поспешно добавила Ирена, словно боялась, что ее перебьют. — Не раз. И дверь закрывалась.

— Потому что я просила у короля книги! — сказала я, чувствуя, как голос срывается. — Я просила книги для чтения. Ничего больше!

— И все равно это было неподобающе, — пробормотала Фиалка, не поднимая глаз. — Мы так считали.

Я смотрела на них и не узнавала. Словно передо мной стояли не живые люди, а тени, повторяющие чужие слова.

— Я никогда, — я покачала головой, — никогда не позволяла себе ничего лишнего. Король был добр ко мне, да. Но он был…

И тут раздался новый голос, я повернула голову на звук.

— Я видел ее, — сказал кто-то грубо.

Из бокового прохода вышел конюх Стефан. Он держался уверенно и спокойно.

— Под покровом ночи, — продолжил он. — Во дворе. Она шла одна.

В зале пролетел шепот.

— Я…, — мое дыхание сбилось. — Я просто…

Но слова рассыпались, каждое мое оправдание тонуло в общем гуле. И я окончательно осознала, что никто из них не говорит правду целиком. Но каждый говорит достаточно, чтобы меня утопить.