Книга Печенье судьбы. Соблазнить ректора, страница 36 – Сандра Хартли

Месье Торнвуд, бродивший по комнате, тоже заметил и замер, кажется, даже перестал дышать.

Округлившимися глазами он наблюдал, как пылает магией его пишущий артефакт, а потом с опаской покосился на меня.

— Ваш Дар проснулся? — прошептал он.

Судя по удивленно вздернутым черным бровям, он наслышан о том, как работает сила заклинательницы.

Но, увы, дракона ждало разочарование.

— Всего лишь отголоски, — не скрывая разочарования, ответила я. — Но и для них ещё рановато.

Перо полыхало несколько минут, а потом я отложила его на бумагу и устало откинулась в ректорском кресле.

Написать бы бабуле… но она спросит, что случилось.

Как рассказать, что Дар проснулся раньше из-за того, что ректор облизал мой палец?..

Взгляд сам собой скользнул к дракону. Он всё ещё смотрел на артефакт.

— Это не то, чего вам бы хотелось, — объяснила я. — Теперь в нём будут реже заканчиваться краски. Ну и служить будет дольше обычного. В целом он безопасен. Пользуйтесь.

Я подняла перо, протягивая законному владельцу.

Дракон знал традиции: всё, чего касалась сила заклинательницы, должно быть отдано добровольно.

По его лицу было видно, как сильно ему хотелось рассмотреть артефакт.

Вряд ли бабуля удостоила кого-то, кроме отца короля Валериана, демонстрации своего Дара.

А тут — заклинательница. И почти тот самый артефакт. К нашему обоюдному сожалению — только почти.

Медленно и с опаской Торнвуд взял своё перо, и то мигом потухло, признав нового хозяина. Он вертел его в руках с таким трепетом, что мне стало даже немного неуютно.

Грозный, высокомерный и хитрый ректор выглядел сейчас как юный адепт на первой лекции артефакторики.

Даже жаль было его разочаровывать.

Но пришлось — ради собственного спокойствия.

— Для создания того самого артефакта этого ещё недостаточно, так что не спешите радовать короля, — всё же уточнила я.

Не обнаружив на пере никаких остаточных следов моей силы, ректор расслабился и язвительно хмыкнул.

— Я не глуп, Ариадет. И пусть вам так не кажется – я вам не враг, — спокойно заявил он, возвращая артефакт на стол.

Снова он принялся расхаживать по кабинету, о чём-то размышляя. Наблюдая за его широкими шагами, я какое-то время решала, стоит ли промолчать.

Решила — не стоит.

— Значит, вы носитесь со мной из драконьей доброты? Любую другую этюдантку уже выгнали бы не только из Академии, но и из Шалота, — не поверила я его словам.

Торнвуд замялся.

— Ариадет, я ношусь с вами потому, что вы ходячее приключение. Заклинательница важна для короля, но ни одна из ваших предшественниц прежде не обучалась в Академии.

— И чем же я заслужила такую честь? — скривилась я.

Я бы тоже не обучалась, если бы не странный указ.

И тут меня, наконец, осенило.

— Король нарочно выдал тот указ, да? Чтобы заманить меня в Академию! — выпалила я, ткнув в ректора пальцем.

Даже села ровнее, чтобы подчеркнуть важность своего открытия.

Понимая, что отрицать бесполезно, Матиас Торнвуд согласно кивнул.

— Дальше прятать вас в посёлке было опасно. А ваша мать, как и ваша бабуля, слишком упрямы и отказались от защиты короля, — неохотно процедил он.

Отходя к окну, дракон заложил руки за спиной и обреченно вздохнул.

— Ситуация в королевстве нестабильна, Ариадет. У моего кузена нет наследника. Если наш род падёт, Ладания и Юславия растерзают королевство. Поверьте, Огюсту Деторну совсем не выгодно, чтобы новая заклинательница вошла в силу, как и Грегорису Драквору. Если у вас и остались друзья во всех трёх королевствах, то это мы с Валерианом.