Книга Закон против леди, страница 84 – Юлия Арниева

Прачка. Эта мысль мелькнула и тут же погасла. Руки Катрин не выдержали бы и недели такого труда. Ледяная вода, едкий щёлок, тяжёлые корзины с мокрым бельём, чугунный утюг, который нужно греть на огне и возить по ткани часами. Нет. Это не для меня.

Служанка. Тоже нет. Я не умела готовить — то есть, Катрин не умела, а я? Не помню. Не умела убирать по-настоящему, не умела чистить серебро, натирать полы, выбивать ковры. Всему этому можно научиться, конечно. Но сколько времени это займёт? И кто станет нанимать служанку, которая не знает даже азов своего дела?

Я перевернулась на бок, морщась от того, как примочка сползла с ноги. Поправила её машинально, не глядя. Мысли крутились в голове, как мельничные жернова, перемалывая одно и то же.

Что я умею? Что умею по-настоящему хорошо?

Читать. Писать. Считать. Говорить по-французски. Вести себя в обществе. Танцевать, музицировать, поддерживать светскую беседу.

Бесполезные навыки. Навыки леди, которая должна была украшать гостиную богатого мужа, развлекать его гостей, рожать ему детей. Не навыки женщины, которой нужно выжить.

Хотя…

Мысль мелькнула, как рыба в тёмной воде, и я потянулась за ней, пытаясь ухватить.

Писать. Я умею писать. Красивым, ровным почерком, который вбивали в Катрин годами упражнений. Часами она сидела над прописями, выводя буквы, пока они не становились безупречными. Почерк леди — ещё один бесполезный навык для гостиной… или нет?

В Лондоне тысячи контор, тысячи торговых домов. Всем им нужны люди, которые умеют писать: копировать документы, вести счета, переписывать письма. Клерки — так их называют. Мужчины в чёрных сюртуках, сидящие за высокими конторками, скрипящие перьями с утра до вечера. Они получают приличные деньги — фунт в неделю, а некоторые и больше.

Но берут ли женщин?

Я не знала. В мире Катрин женщины не работали клерками. Женщины вообще не работали, если были из приличных семей. Они выходили замуж, рожали детей, вели хозяйство, принимали гостей. Или, если не повезло с замужеством, тихо угасали в роли приживалок при богатых родственниках.

Но я видела на улицах Лондона других женщин. Тех, кто не вписывался в этот аккуратный порядок. Вдов, которые торговали на рынках. Старых дев, которые держали маленькие школы для детей лавочников. Женщин, которые шили на дому, стирали, готовили, делали всё, чтобы прокормить себя и своих детей.

Третий путь. Не леди и не служанка, что-то посередине. Шаткое, неустойчивое положение на краю пропасти. Но всё-таки положение. Место в мире.

Может быть, я смогу найти такое место для себя?

Переводы. Эта мысль пришла следом, вытекая из предыдущей. Я знаю французский, не идеально, но достаточно, чтобы читать книги и понимать разговорную речь. Торговцы, которые ведут дела с континентом, могут нуждаться в переводчиках. Хотя нет война. С Францией сейчас никто не торгует, это враг, с которым мы воюем уже почти десять лет.

А итальянский? Его я знаю хуже, но всё-таки знаю. Италия не враг. Итальянские купцы, итальянские книги, итальянские письма…

Мысль была слабой, почти призрачной. Но это было хоть что-то.

А если совсем отчаяться, есть ещё варианты. Писать письма за неграмотных. Стоять у церкви или на рынке, предлагать свои услуги за пенни. Унизительно? Да. Опасно? Может быть. Но лучше, чем голодать.